Инволюция

Но то удовольствие слишком быстрое, мимолётное, в отличие от героина.

– Да здесь стухло всё давно! – крикнул Борода с верхней площадки.

– Да заебал, вон ту бочку ещё проверь! – указал я на крайний бункер. – Хуй его знает, вдруг повезёт?

– Ща, – кивнул он, спустился и двинул в указанном направлении.

Я же продолжил рыскать рядом. Здесь как раз на рельсах замер товарный состав. Его, разумеется, неслабо успели потрепать, однако несколько вагонов так и остались закрытыми.

Словно джедай из всем известного фильма, я повёл рукой, и дверь послушно отошла в сторону.

Следующий вагон тоже не обрадовал – он был набит ящиками с запчастями. Не исключено, что этот товар вскоре снова станет востребован. Однако и это не то, что мы сейчас ищем.

– Есть! – радостный возглас Бороды отвлёк меня от созерцания очередной закрытой двери.

– Да ладно?! – откровенно удивился я, потому как череда неудач уже основательно задушила надежду.

– Зуб даю, вся целая, – крикнул сверху тот. – Да здесь вагонов десять, может, больше, хуй его знает.

– Нам столько не надо, – пожал я плечами.

– Зато я знаю, кому пригодится, – отозвался тот. – Могу помочь пристроить.

– Да забирай, некогда нам этой хуйнёй заниматься.

– Уверен? Здесь до хуя, можно не одно место себе купить в хорошем посёлке. Новую жизнь начать.

– Ага, в «Новой жизни», – ухмыльнулся я.

– Ну почему сразу?.

– Я подумаю, – я в самом деле сделал в голове зарубку на всякий случай. – А чего там, в Ворсме этой? И где оно такое?

– Вот те на?! – удивлённо уставился на меня сверху тот. – Вы же с той стороны пришли, неужто не видел? Кузнечный город там, всю жизнь ножи куют, сколько себя помню, там самые лучшие клинки делали даже в мирное время. А сейчас сам бог велел, не поверишь, но они на этой теме целый посёлок держат.

– Охуеть, в натуре? – я даже ушам не поверил.

– Загляни, как освободишься, – ухмыльнулся он и снова подковырнул. – Я же понимаю, вы люли занятые, спасение мира и всё такое…

– Ой, иди на хуй, – отмахнулся я, а Борода захохотал.

– Ладно, делить будем, как договорились, – он резко вновь стал серьёзным. – Ваша доля у меня побудет, желание возникнет – заберёте.