Институт

– Меня волнует то, что будет дальше, – наконец заговорил Люк, подняв голову и глядя прямо на родителей. В его глазах горел гений, выдающийся ум. Обычно Люк скрывал от папы с мамой этот блеск, потому что знал: он пугает их куда сильнее, чем звон тарелок. – Понимаете? Будущее. Я хочу поехать в Бостон… учиться… а потом двигаться дальше. Все эти бродерики и университеты – они ведь не цель, а лишь ступеньки на пути к цели.

– А какая у тебя цель, сынок? – спросила Айлин.

– Не знаю. Мне столько надо выяснить.

– Милый, что ты! Глупый – это точно не про тебя. – Айлин потянулась к его руке. Люк отдернул ее и покачал головой. Алюминиевый поднос от пиццы задрожал, крошки в нем запрыгали.

– В общем, есть такая бездна, понимаете? Она мне порой снится. У нее нет дна, и она полна всяких неведомых штук и тварей… Не знаю, как бездна может быть полна, это оксюморон, но говорю как есть.

Айлин и Герб молча, немного испуганно слушали. Люк поднял руки к своему узкому напряженному лицу. Поднос от пиццы теперь не просто дрожал – он звенел на столе. Как иногда звенели тарелки в буфете.

– …и тогда все эти штуки поднимутся из темноты. Я точно знаю.

Поднос поехал по столу и упал на пол.

– Понимаю, – сказал Герб.

– Ага, понимает он! – воскликнула Айлин. – Ни черта мы не понимаем. Но ты не обращай внимания – сдавай свои экзамены. Только знай, что всегда можешь передумать. Если не передумаешь, если действительно задашься целью поступить… – она посмотрела на Герба. Тот кивнул, – мы попробуем все устроить.

Люк улыбнулся и поднял с пола поднос. Поглядел на Ричи Рокета.

– Помню, в детстве я тоже так плясал.

– Ага. – Айлин снова понадобилась салфетка. – Плясал.

– Ты ведь знаешь, что говорят про бездну? – спросил Герб.

Люк помотал головой – то ли в его обширных знаниях действительно обнаружился пробел, то ли он просто не хотел портить отцу удовольствие.

– Если долго смотришь в бездну, бездна тоже смотрит в тебя[14].

– Точно! – ответил Люк.