Иномирцам вход воспрещен. Том 8 (СИ)

Руки и ноги его уже были отделены, в груди красовалась пробоина, а от головы не осталось живого места. И через эту пробоину можно было без труда разглядеть массивный сундук…

И ведь это не всё. Гоблины не просто так залезали во все щели внутри лесопилки. Сундуков удалось найти штук двадцать, и коротышкам было запрещено их открывать. Но зато нашедшим полагалась щедрая награда, так что они не очень-то и ругались. Наоборот, зачем гоблину технологичный меч, способный наносить урон электричеством? Что гоблину с ним делать? А вот пара-тройка сотен монет — это совсем другое дело.

В этот раз сундук выглядел явно непростым, и потому Николай открыл его сам. А внутри… монеты считать смысла нет, их там просто много. Пара свитков, небольшой защитный значок, помогающий спастись от пламени в течение нескольких секунд. Можно просто зайти в огонь и некоторое время не получать урона, причём снаряжение тоже будет под защитой.

Для себя Николай также взял часть от комплекта технологической брони. Причём основную часть, но ради неё пришлось снять с себя кирасу, что защищала от магии."

"Особых эффектов от брони нет, но она выглядит куда более прочной. Плюс, когда удастся собрать полный комплект, у неё появятся новые бонусы и функции.

Закончив с лесопилкой, отряд сразу направился к следующему месту. Дорогу туда проложили заранее, ведь сейчас весь город работает на то, чтобы как можно скорее уничтожить в округе всех ящеров.

Первыми отправились многочисленные отряды разведки. Там и тёмные эльфийки, и бригады полуросликов, и гоблины. Небольшие отряды разбрелись по лесу вокруг военной базы, и… И первые доклады убедили Николай в том, что так с наскока это место не взять.

Потому началась подготовка. Сначала князь установил аванпост, затем люди начали строительство временного лагеря. Там же и заночевали, ведь на зов о помощи откликнулись союзники, и их надо было немного подождать.

Разве что вампиры негодовали, ведь ночью им драться куда комфортнее. В военном лагере, в основном, открытые пространства и очень, очень много врагов.

— Николай! — тишину утра разрезал раскатистый бас, доносящийся прямо из леса.