Инкуб

Против своего обыкновения любоваться тем, как один из его лучших оперативников лупит пластиковое подобие человека, генерал не стал — он был не в том расположении духа.

— Олси! Через двадцать минут Альфа, Бета и Гамма должны висеть на орбите вот в этих координатах…

Короткий файл отправился на комм удивлённого таким тоном подчинённого.

— Ого! Так до него лететь четырнадцать минут сорок две секунды! — через две секунды выпалил офицер, оставивший куклу в покое.

— Именно. Так что шевели костьми, солдат! — рявкнул Плахин и отключился.

На то, чтобы добраться до стоянки личного флаера, у генерала ушло три с половиной минуты. А уже через шесть он летел в направлении Болтшира на предельной для его машины скорости. Километров за двести от цели комм Плахина выдал тревожный сигнал — для синтеза необходимого для нормальной жизнедеятельности организма не хватало какого-то элемента! А где-то через пару минут после сигнала у Плахина заболела голова!

— Что за чертовщина? — удивлённый донельзя таким поведением имплантата, генерал на всякий случай загнал этот факт в аналитический блок и онемел: программа предписывала максимально быстро покинуть машину и исследовать её на предмет наличия в ней посторонних устройств!

Игнорировать выводы комма Плахин не стал — вместо этого он пустил машину в крутое пике и уже через тридцать секунд выскочил наружу через неохотно открывшуюся дверь…

Тестовая программа флаера никаких посторонних устройств не обнаружила, но то, что головная боль прошла так же внезапно, как и началась, свидетельствовало о том, что какое-то устройство в неё всё-таки затолкали.

Разозлившись ещё больше, Плахин связался с Олси и приказал майору срочно прибыть по пеленгу его комма. К моменту посадки всех трёх «Носорогов» Плахин пребывал в состоянии плохо контролируемого бешенства: судя по тесту комма, выход на рабочий режим после недавнего сбоя должен был занять не меньше сорока минут, а до этого синтез веществ, позволяющих корректировать сильные всплески эмоций, был аппаратно отключён!

— Господин генерал! По вашему приказанию… — начал было рапортовать о прибытии выскочивший из головного флаера Бидзина, но, увидев выражение лица начальства, заткнулся на полуслове:"

"— Одно отделение оставь тут.

До прибытия ребят из «четвёрки»[8] к моей машине никого не подпускать. Я не исключаю вероятность попытки её физического уничтожения, так что пусть не хлопают ушами.