Инь-ян 4

А как можно что-то вспомнить, если твой мозг парализован, или вообще поврежден? Как сейчас, например?"

"Тогда в дело вступает другой корабль. Такой же пузырь, или же сам корабль-матка. Они соединяются с потерявшим память, поврежденным звездолетом, проникают в его систему, в мозг, и запускают регенерацию. Если уже не поздно, конечно. Мозг может быть настолько сильно поврежден, что никакое восстановление не поможет. Но это обычно бывает тогда, когда корабль попал под удар плазмометов, уничтоживших псевдоплоть процентов на семьдесят.

Но был и еще один способ ремонта, тот, который сейчас пытался использовать Сергей. Способ ""лекаря"", как его называли создатели биомеханических устройств. Нужно всего лишь стать единым целым с кораблем, подключиться к его мозгу и перезапустить систему заново.

Всего лишь… Вот только для этого нужно потерять человеческий облик на глазах у двух своих спутников, а еще — на глазах толпы озверевших баб, долбивших в стену с упорством, достойным Железного Дровосека!

Соединение с пузырем было ярким, и…болезненным. Боль — резкая, шипучая, ударила в мозг так, будто в темечко воткнули раскаленную иглу. Сергей даже охнул, попытался выгнуться дугой, будто пытаясь оторваться от кресла, но куда там…он теперь не сидел в кресле — кресло было с ним единым целым, ноги вросли в пол, руки в подлокотники, и лишь голова оставалась человеческой и торчала из спинки — бледная, с закрытыми глазами, губа закушена, и на ней выступила капелька крови.

Нервы прорастали в псевдоплоть, пока не коснулись тех прожилок, тех нитей, которые можно было бы назвать нервами корабля. Это были не совсем нервы, и даже совсем не нервы, но какая разница, как их называть — каналы связи, магические нити или волшебные нитки! Главное — по этим ниточкам корабль отдавал приказ своим скрытым в плоти органам и заставлял свое ""тело"" двигаться туда, куда пожелал лететь пилот.

Корабельные нервы будто трепетали, связываясь, сращиваясь с нервной сетью Сергея, и через минуту пилот был уже и кораблем, и пилотом одновременно.

Звездолеты служили людям и в мирной жизни, и на поле битвы, а потому их создатели предусмотрели все — в том числе, и тот случай, когда корабль не получает приказов от своего мозга.