Мертвое ущелье

Он шел по своим делам, но, увидев Игната, сразу бросился к нему, выхватив из-за пояса штык-кинжал. Фриц был крупен, высок и, видимо, силен. Но это не тревожило Игната. Несмотря на совсем юные годы, он и сам был в разведвзводе первым по силе, да и по ловкости тоже. Лесная его дикая жизнь пришлась как раз на то время, когда формировался молодой организм, и за два года юноша стал удивительно жилистым и быстрым. В разведке его научили нескольким необходимым приемам рукопашного боя, и в сочетании с его ловкостью и немалой силой это создавало ему надежную помощь для выполнения заданий.

Он уклонился от ножа, схватил немца за кисть и, выворачивая, так рванул его руку, что локтевая кость хрустнула. Фриц закричал, Игнат хрястнул его прикладом по шее (голову защищала каска) и бросился обратно к лесу. Вслед ему по предутренней зыбкой мгле хлестнули трассирующие очереди из «шмайссеров», но он благополучно почти уже добежал до леса, как • вдруг почувствовал резкий удар в правую ногу. Боли не было, но его меховая обувка сразу же захлюпала от крови.

Немцы не преследовали его. Пожалуй, и не будут. Он уже в лесу, да и здесь ведь передовая, чего тут только не бывает?.. Зайдя за деревья, он сел, разорвал санпакет, протер ногу снегом, перетянул бинтом. Пуля попала в голень. Вылил из обувки кровь, надел, попробовал встать. Превозмогая боль, шел до рассвета. Потом вырыл себе нору в снегу, удобно устроился и заснул.

Проснулся около полудня от боли в ноге. Развязал бинт, осмотрел рану. Кровь вокруг засохла, сгустками и коркой остановив кровотечение.

Икру ломило, словно она была зажата в челюстях зверя. Смазал кожу вокруг раны йодом, снова забинтовал и двинулся в глубь леса, чтобы обойти опасное место и снова выйти к передовой. Прошел около километра, и боль стала невыносимой, клонило в сон, может быть, от потери крови. Он снова устроил себе берлогу в снегу, улегся и проспал до темноты...

4. НЕМЕЦКАЯ ЛОШАДЬ

Длинные колючие звезды лежали на лапах елей, ночь была тихой, только изредка слышалась стрельба со стороны переднего края.

Игнат шел с трудом превозмогая боль и в ноге, и во всем теле, которое налилось жаром, и в голове, которую эта боль делала огромной и тяжелой. Он сделал себе палку и двинулся, опираясь на нее, так было немного легче.

В полукилометре от передовой он вышел на просеку, проходившую через лес вдоль линии фронта, использовалась она как дорога. Огляделся. И заметил, что вдалеке по дороге, приближаясь к нему, движутся сани. Лошадь неторопливо тянула их.