Мертвое ущелье

— Где?

— На самом берегу, герр штурмфюрер!

— Что там?"

"— Почти у самой воды, возле перевернутой рыбацкой лодки, я обнаружил след человека в сапогах не солдатского образца. След не очень четкий, но разобрать можно. Кроме того, у самой лодки найден мною глубокий и четкий отпечаток тыльной части приклада. По форме затыльника понятно, что это охотничье ружье. Видимо, тот, кто приходил к лодке, отдыхал там, опираясь ружьем — прикладом — о землю. Предполагаю, что следы оставлены более суток назад, на рассвете.

— Хорошо,— сказал Крюгер,— иди и посмотри, откуда он приходил и куда ушел. Проверь направление.

— Слушаюсь!

Крюгера каждый раз раздражала многословность и обстоятельность ефрейтора Фогеля, ему казалось, что тот слишком много себе позволял. Докладывая детали, он как бы навязывал ему, Крюгеру, свое мнение, словно подсказывал, как штурмфюрер должен поступить в том или ином случае. Именно это злило Крюгера, ему казалось, что Фогель иногда размышляет над тем, всегда ли правильно они действуют под его, Крюгера, командованием.

Он был твердо убежден, что солдат не должен размышлять вообще. Но Фогеля не одергивал. Опыт разведчика подсказывал ему, что ефрейтор сообщает важные и нужные сведения. Тем более, что тот всегда быстро и четко исполнял приказы.

Надо было самому осмотреть обнаруженные следы. Сообщение было важным и тревожным.

Через полчаса ефрейтор доложил, что человек, который приходил к лодке, появился из глубины тайги и ушел в том же направлении.

Несмотря на то, что след обнаружен был только через сутки, дотошный и исполнительный Фогель сумел разыскать после тщательного осмотра едва заметные отпечатки сапог на сырых участках почвы, нашел содранный мох и ягель, сломанную ветку молодой елки. И что самое интересное, отыскал звериные следы там же, где были следы человека. Эти отпечатки были слишком малы, чтобы их посчитать волчьими. Скорей всего, это след охотничьей собаки.

Штурмфюрер сам осмотрел лодку, почву вокруг нее, следы, найденные ефрейтором.

Особенно скрупулезно Крюгер исследовал берег, спуск к воде. Стало ясно, что человек действительно приходил из тайги. Это было самым важным фактом. Если бы он прибыл с моря, то это были бы действия русских военных — разведки, точнее контрразведки. Но он пришел не с моря, значит, это не переодетый солдат, а почти наверняка таежный охотник. Звериные, пожалуй, что собачьи, следы подтверждали это.