Мертвое ущелье

Не доходя до вторых — запасных — немецких траншей можно пристроиться в прифронтовом лесу, предварительно точно определившись относительно дальнейшего своего пути к «окну» через нейтралку. Ну и ждать удобного момента. Уже стояла плотная ночная мгла. Разведчики группы Хохлова наверняка перебрались к своим, теперь, конечно же, ожидают их, отставших.

Но произошло неожиданное. Невдалеке, в каких-нибудь трех или четырех километрах впереди, ударили немецкие орудия. Поначалу Ирина и Игнат подумали, что возникла ночная короткая артиллерийская перестрелка, такое на передовой бывает.

А может, два-три танка прорвались к своим через линию фронта или прошла разведка боем, чтобы выявить и засечь огневые точки. Хотя время суток для этого не самое лучшее... Но уже после нескольких минут артподготовки оба поняли, что — дело серьезное. Это артобстрел перед войсковым ударом. Кто-кто, а разведчики хорошо знают, как начинаются, как развиваются войсковые операции. Они даже по частоте выстрелов и калибрам орудий уже распознают: для чего эта артподготовка, и что после нее последует. Обоим было уже ясно, что здесь этой ночью уже нет «окна», что их не будут ждать в условленном месте их товарищи, потому что не пройдет и часа, как где-то здесь неподалеку двинутся ударные части немецких танков. Тяжелые «тигры» навалятся на наши позиции, им ответят наши орудия, ударят части генерала Плахотина, уже готовые к наступлению, о котором Игнат знал достаточно много.

— Да... Надо уходить в глубь леса.

— Ты так думаешь?

— Да, Ира.

Возможно, здесь скоро будут наши, но перед этим начнется такая мешанина, что лучше отойти в лес. Пользы здесь от нас не будет, мы — разведчики, и тебя я обязан доставить в целости к нашим.

— Невелика персона.

— Конечно,— согласился Игнат.

Ирина фыркнула и обиделась. Одно дело, когда она сама себя так назвала, а другое — он. Это обидно.

С полчаса они молча отходили в сторону немецкого тыла, углубляясь в лес, не разговаривали. Игнат был озабочен, а радистка обижена.

Игнат старался уходить от троп и дорог.

Меньше вероятности наткнуться в темноте на немцев. Они с Ириной отойдут от передовой, а потом полазают по немецким артиллерийским тылам, посмотрят, что можно «хорошенького» сделать противнику: разбить или снять орудийные прицелы.

Кони давали им преимущество — всегда можно было использовать их скорость. Но чувство досады не покидало разведчиков: Ирину — потому что она понимала, что не у дел они оказались, вольно или невольно, из-за нее, из-за ее плена.