Империя желания

"

"Что, если папа меня никогда не простит? Что, если я потеряю его из-за моей глупой влюбленности, которая закончилась еще до того, как она началась?

— Не говори мне, что ты снова подумываешь о прыжках?

Я резко останавливаюсь и разворачиваюсь так быстро, что чуть не падаю назад. Сильная рука обнимает меня за запястье и тянет вперед.

Мои кроссовки скрипят, а моя голова упирается в твердую грудь. Та самая грудь, в которой я пряталась, когда спал. Та грудь, о которой я думаю, когда пытаюсь заснуть и терплю неудачу.

Его аромат сильно поражает меня, его мужские ноты специй и дерева вызывают у меня головокружение и просачиваются в кровь, так что это единственное, что проникает в мое сердце и выходит из него.

Должно быть, потому что я давно не чувствовала этого или его. Прошло много времени с тех пор, как он был так близко, окружал меня своей теплотой или прикасался.

Боже. Его рука на моем запястье. И это похоже на пылающий огонь, который вот-вот распространился по моей коже.

Однако это не так, потому что, как только я могу стоять самостоятельно, он отпускает мое запястье и отступает.

И я ненавижу расстояние.

Ненавижу космос.

Но больше всего я ненавижу человека, стоящего передо мной, такого же красивого, как всегда, в своем темном костюме, с уложенными волосами и лицом сильным, как гранит.

Именно из-за него я рискнула всем сердцем и проиграла.

Или, может быть, это из-за того глупого ванильного сердца, которое все еще пытается вернуться к жизни при одном его виде.

Даже если оно будет поломано в процессе, и все, что останется — это кровь с примешанным к ней запахом.

Потом меня осенило.

Нейт здесь.

Папа тоже здесь.

Вот дерьмо.

— Что ты здесь делаешь? Папа наверху, и тебе нужно уйти, пока он не проснулся. Он спросил меня, есть ли что-то, о чем он должен знать, и даже сказал, что пахнет иначе. Понятия не имею, почему у него такой чувствительный нос, но он есть, и я чуть не потеряла его, и он знает, Нейт.

— Эй. Дыши глубже.

Я вдыхаю, затем резко выдыхаю, глядя на него из-под ресниц.

— Я… мне страшно. Я боюсь его рассердить или потерять после того, как наконец вернула. Это чудо, что он дома и так быстро выздоровел, а я не могу… не могу думать о том, чтобы потерять его.

— Не потеряешь.