Империя страха

Но если надо…

– Надо, надо!

С радостным возбуждением она достала из бара бутылку коньяка, две хрустальные стопки. Михаил хмуро смотрел на нее. Не нравилась ему эта взбудораженность.

– Только ты не думай, что я хочу выпить, – воровато глянув на него, сказала она. – Просто я на поминках не была.

– Тебе совсем не обязательно оправдываться, – покачал он головой.

– Почему? – возмущенно, как показалось ему, посмотрела на него Мила.

– А почему ты должна оправдываться в своем доме?

– Просто тебе все равно!

В ее голосе звучал явный упрек.

– Тебе все равно, что у меня проблемы с алкоголем. А нет у меня никаких проблем!

Усилием воли она заставила себя вернуть бутылку на место, и только стограммовые стопки остались на столе.

– Я очень за тебя рад.

– Ты рад? Нет, тебе все равно, – уныло вздохнула Мила.

Она была похожа на маленькую девочку, уличившую отца в невнимательном к себе отношении. И даже наивность в ее капризах была какой-то детской. Только пьет она по-взрослому, и Михаил не раз в том убеждался.

– Не все равно, – покачал он головой.

– А ты хочешь быть кем-то? – пристально и с вызовом просмотрела на него Мила.

– Нет.

– Я тебе не нравлюсь?

– Ты мне очень нравишься.

– Ты не мужчина?

– Тебе видней.

– Ты мужчина… А я женщина… Между нами может быть все просто. Просто сейчас много сложностей.

– Сложности будут всегда.

– Я не хочу говорить об этом.

Она мотнула головой и снова достала из бара бутылку.

– По три раза, и все!

– Как скажешь.

– А завтра ни-ни!

– Охотно верю.

– Врешь, не веришь. Но я тебе докажу. Завтра ты приедешь с работы – а я трезвая как стеклышко.

– Куда я приеду с работы?

– Как это куда? Ко мне! Только не говори, что ты этого не хочешь. Я же вижу, тебя ко мне тянет…

Похоже, Мила хотела, чтобы ее улыбка выглядела смелой, с легкой перчинкой вульгарности, но из этого ничего не вышло.

– А я вижу, куда тянет тебя.

Он молча поднялся со своего места, смел со стола бутылку, поставил ее в бар.

– А как же три раза?

– Покойников молитвами поминают. Сходи лучше в церковь.

– Поздно уже.

– Завтра сходишь. Твоему Эдику молитвы сейчас нужны. И отец твой пусть за него помолится. И простит. Ему на том свете поддержка ох как нужна. Хреново ему сейчас, смола под ухом булькает.