Империя очень зла

Иди, составляй отчет. Но поаккуратнее.

— Не маленькая…

Она уже заканчивала писанину, когда позвонили с проходной, где ждал взволнованный Местер. Увидев Яну, он прошипел:

— Куда ты подевалась? Где мой диск?

— Держи… — Яна подмигнула. — Привыкай, что командировки бывают не только у тебя.

Бережно спрятав в кейс запись интервью, Арон рассеянно поинтересовался, куда она ездила. Яна пробурчала: дескать, не имеет права разглашать некоторые обстоятельства, чем только распалила его любопытство.

У Местера загорелись глазки, и он поклялся сразу же, как только вернется из Европы, дать информацию в ленту новостей.

— Но ты обязательно сообщишь мне подробности, — произнес он умоляющим голосом. — Только мне.

— Посмотрим на твое поведение, — гордо заявила мстительная контрразведчица.

Он оглянулся по сторонам. Убедившись, что их никто не слышит, прошептал:

— В Брюссель.

— Скоро начнется? — равнодушным тоном осведомилась Яна.

— Очень скоро. Педик известил нашего премьера, что уже подписал директиву.

Задав несколько наводящих вопросов, она выведала кое-какие важные подробности. Потом заторопилась по служебным делам, посоветовав Местеру — не чужой все-таки человек — быть осторожнее.

По дороге Яна ухмылялась, смакуя экзотичность ситуации: махровый проамериканский папарацци Местер будет разоблачать происки ЦРУ против Израиля… Вообще-то Арон был неплохим и неглупым человеком, но его американофилия и русофобия приняли клинически масштаб.

Включив программу для рисования htm-файлов, она составила сообщение для «коллег». Основным текстом были ничего не значившие стихи о природе, а главное содержалось в цвете фоне, узорах бордюра и количестве звездочек выше и ниже строк.

Потом появилась шальная мысль, и Яна, схватив мобильник, набрала номер Арона. Когда на миниатюрном экране появилось удивленное лицо Местера, она обиженно проворковала:

— Скажи честно — ты разлюбил меня?

— Что за глупости? — опешил он. — Конечно, нет.