Империя бурь

Устав возиться с Кэрном, Рован выгнал его из своей армии и передал Лоркану. У Лоркана он продержался около месяца и был послан в отдаленный гарнизон, которым командовал генерал, не входивший в число приближенных Маэвы и не мечтавший об этом. Иногда оттуда доходили рассказы о «подвигах» Кэрна. Он не щадил ни сослуживцев, ни мирных жителей, имевших несчастье оказаться у него на пути…

Даже по немногочисленным фэйским законам, касавшимся наказаний за убийство, Кэрн вполне заслуживал смертной казни. Всякий раз, сталкиваясь с Кэрном, Рован подумывал об избавлении мира от этого злодея.

– Готов поставить на кон все золото, что у меня есть. Маэва задумала хитрый ход, – сказал Фенрис. – Война Аэлины с Эраваном ей выгодна. Она будет выжидать, пока твоя королева не ослабнет вконец, и тогда ударит."

"Слова Фенриса насторожили Рована. Трудно поверить, чтобы Маэва позволила приближенным болтать о ее замыслах… Значит, она намеренно доводила эти сведения до него и Аэлины.

Фенрис и Гарель настороженно переглянулись.

– Пойми, Рован: мы по-прежнему ей служим, – глухо произнес Гарель. – И приказ убить Лоркана остается в силе.

– Зачем вообще было заводить этот разговор? – напрямую спросил Рован. – Меня ваши счеты с Лорканом не касаются. И Аэлину, поверьте, тоже.

– Затем что Маэве не свойственно казнить своих врагов, – сказал Фенрис.

– Отрубить голову и сжечь, – мрачно добавил Гарель.

– Зачем? – до сих пор не понял Рован.

Фенрис посмотрел туда, где спала Аэлина. Лунный свет переливался на ее золотистых волосах.

– Вы с Лорканом – самые могущественные фэйцы в мире.

– Не стоит забывать, что Лоркан и Аэлина на дух не переносят друг друга. Сомневаюсь, что даже война с Эраваном могла бы их объединить.

– Мы лишь пытаемся тебе сказать, что Маэва не принимает решений без достаточных на то оснований, – сказал Фенрис. – Будьте готовы к любым неожиданностям. Отправка армады – только начало.

Болотные звери снова зарычали. Ровану захотелось к ним присоединиться. Если Аэлина и Кэрн когда-либо сойдутся в поединке, если Маэвой движет не только давнее желание заполучить Ключи, а ее замыслы простираются дальше…

Аэлина ворочалась во сне, недовольно морща лоб.