Императрица Ольга

За нас с вами и за хрен с ними!

Утро началось бодренько, как раз в стиле местного дворянского бомонда, который ложится спать перед рассветом и дрыхнет до обеда. Встали в девять, завтрак в десять, собрались на вокзал. И, кстати, еще один сюрприз для местных «небожителей» – ночью, когда никто не видел, моя бригада взяла под охрану центр Москвы и Кремль. Ну а что – кремлевского полка тут еще нет, а те солдатики, которые стояли на часах у входа в Кремль, просто не посмели оказать сопротивление прославленным ветеранам сражения у Тюречена и высадки на Цусиму.

Так и представляю себе… Вот стоит такой воин Вася из деревни Нижние Задрищенки с винтовкой у входа в Спасскую башню и тихо себе кемарит с открытыми глазами. Но осторожно. Ночь кругом и никого, но ротный может проверить, а тогда, если заловит спящим, греха не оберешься. По морде настучит – это как пить дать, а еще часов на восемь под винтовку, днем по самой жаре. Это вам не ночной прохладой на посту стоять.

Там и не такие орлы падали без чувств; но водой отольют, и снова стой. Стоит, значит, солдатик, с ноги на ногу переминается, а на него вдруг откуда ни возьмись колонной по четыре, в ночной тиши, в тельняшках и странных пятнистых мундирах в ногу идет рота не то солдат, не то матросов. Идут тихо, будто кошки, звук от шагов такой невнятный и амуниция пригнана так, что ничего не стукнет и не брякнет; а у каждого на груди «егорий» – у кого один, а у кого и два… И ахвицер с ними – морда лютая, глаза выкачены, пенсне блестит, стек в руке, даром что всего лишь поручик. Анненский темляк на шашке, а также два орденка («Владимир с мечами» и «Георгий») говорят, что офицер тоже не прост, под стать своим солдатам.

– Стой, кто идет? – сдавленно пищит очнувшийся от ночной дремы часовой.

– Рота тихоокеанской бригады морской пехоты, – звучит ответ офицера, – личная охрана ея Императорского высочества Великой княгини Ольги Александровны…

Попробуй таких останови! Дрозды-с! То есть командиром первой роты в батальоне у Деникина служит у нас небезызвестный Михаил Гордеевич Дроздовский, пребывающий пока в звании поручика, который ради отправки на фронт прервал свое обучение в Академии Генштаба.

Я к нему присмотрелся. Никакой излишней строгости, или там рукоприкладства нет и в помине. Нормальный командир и солдатами своими любим.