Император Пограничья 7

— Это мамино! Вы разбили мамино!

— Вот и прекрасно! — Елена с удовольствием наступила на крупный кристалл аметиста, раздавив его в крошку. — Хватит жить прошлым! Дмитрий! Твоя дочь совершенно распустилась!

Князь вошёл в комнату и мгновенно оценил ситуацию: заплаканная дочь на коленях, разбитая шкатулка — он узнал её сразу — и торжествующая жена.

— Что здесь происходит? — его голос сравнялся температурой с ледником.

— Твоя дочь дерзит мне! Отказывается выполнять мои распоряжения! И снова таскалась по своим шахтам!

Дмитрий посмотрел на красный отпечаток ладони на щеке дочери, потом на раздавленные минералы.

— Елена, — произнёс он ледяным тоном, — ты подняла руку на мою дочь. И разбила вещь, принадлежавшую моей покойной жене.

— Её мать умерла два года назад! Пора бы смириться! И эта её мания с камнями… Вчера я застала её в подвале, где она устроила целую лабораторию! Это неприлично для девушки её положения!

— Мне не нужны твои объяснения, — князь смотрел на жену так, что та невольно сделала шаг назад.

Строганова побледнела.

— Да, Димочка, конечно.

Голицын перевёл взгляд на девочку и сказал устало:

— Василиса, извинись перед княгиней.

— Но папа, она…

— Извинись, — повторил он твёрже, хотя в глазах мелькнуло что-то похожее на сожаление.

Девочка стиснула зубы.

— Простите, княгиня.

— Вот и умница, — Елена попыталась вернуть самодовольный тон.

— Елена, — князь прервал её холодно, — оставь нас. Немедленно.

— Что? Но…

— Немедленно! — его голос лязгнул сталью. — Мне нужно поговорить с моей наследницей. Наедине. И в следующий раз, когда ты решишь применить силу к моей дочери, — его голос стал ещё жёстче, — помни, что у каждого решения есть последствия. Порой весьма неприятные.

Мачеха недовольно поджала губы, но вышла. Когда дверь закрылась, Дмитрий опустился на колени и начал собирать рассыпавшиеся камни.

— Это был подарок твоей матери, — тихо сказал он. — Мы выбирали его вместе. Она так радовалась, представляя, как ты будешь пополнять коллекцию…

— Тогда почему ты позволяешь ей так со мной обращаться? — голос Василисы дрожал от обиды.

Князь поднял на дочь усталый взгляд.

— Потому что мне нужен этот союз, Василиса. Строгановы — влиятельный род. Этот брак укрепляет позиции Москвы. Я… я не могу позволить личным чувствам влиять на политику.