Император Пограничья 7

Оптическая башня для усиления света Светобоя выглядела как помесь обсерватории и осадной машины. Массивное каменное основание, поворотная платформа с системой зеркал и линз, выдвижные штанги для точной фокусировки.

— Камень особый? — поинтересовался я, разглядывая серовато-белую поверхность башни.

— Вельский постарался, — подтвердил Грановский. — Преобразовал обычный гранит, добавив кварцевые включения. Теперь башня выдержит огромную температуру и не треснет.

Следующей остановкой стала цитадель. Массивное трёхэтажное здание в центре острога производило впечатление неприступности.

— Пойдёмте внутрь, — предложил инженер. — Покажу самое интересное.

Внутри цитадель оказалась на удивление просторной. Первый этаж — склады и арсенал, второй — жилые помещения и лазарет, третий — командный пункт и наблюдательные посты. В подвале располагались резервные запасы воды и продовольствия.

— А теперь сюрприз, — Грановский подвёл меня к неприметной стене в дальнем углу подвала.

Он нажал на определённые камни в нужной последовательности, и часть стены беззвучно отъехала в сторону, открывая тёмный проход.

— Тайный ход, — пояснил инженер, доставая фонарь. — Ведёт за пределы острога, выход в овраге у речки. Полкилометра под землёй.

Мы спустились в туннель. Своды были укреплены каменными арками, пол выложен плитами для удобства передвижения. Через равные промежутки в стенах виднелись ниши — для факелов или охраны.

— Отличная работа, — искренне похвалил я. — Это спасёт множество жизней, если придётся отступать. Или позволит незаметно выводить отряды для вылазок."

"— Именно на это и рассчитывал, — кивнул Грановский. — Кстати, воевода, мне нужна ваша помощь с одним вопросом.

Мы вернулись наверх, и инженер повёл меня к участку стены, где монтировалась спринклерная система. Трубы уже были проложены вдоль парапета, но вместо резервуаров зияли пустые площадки.

— Для составов на основе Реликтов нужны особые ёмкости, — объяснил Вячеслав.

Я задумчиво потёр подбородок. Проблема была мне знакома — ещё на досуге обсуждал её с Зарецким.

— Знаете, мы с алхимиком рассматривали разные варианты, — сказал я. — Остановились на титане. Этот металл от природы устойчив к коррозии и большинству химических реакций.