Имидж напрокат

– Многие благодарные пациенты, зная, что конверты с деньгами Борис Валерьевич все равно велит им унести домой, притаскивали подарки. Папа и от подношений старался отвертеться, но иногда приносил домой банку меда, десяток яиц, батон колбасы – не мог отказать старухам, которые, желая от всей души отблагодарить его, совали ему продукты. В России почему-то принято медиков кормить-поить, нам тащат конфеты, торты, пряники, спиртное.

Сестра Милова рассмеялась:

– Один раз отец приволок курицу. Мать ее развернула, глядь, а у тушки из попы купюра торчит.

Отец возмутился: «Что за люди! Она мне конверт совала, я четко объяснил: не беру гонорар, я врач на окладе, а не цыганка-гадалка. Баба вроде поняла, ушла и вернулась с бройлером. И хотел ведь отказаться, но она так жалобно протянула: «Борис Валерьевич, своя кура, не купленная, от чистого сердца». И что? Нахалка ей в жопку ассигнацию засунула! Мне что, теперь все куриные задницы обследовать? Стать проктологом по этой части?» Мама бумажку вынула, но она оказалась не купюрой, а открыткой «Поздравляю с Днем советской Конституции». Папа с тех пор, если кто-то при нем говорил, как хорошо коммунисты заботятся о народе, бормотал: «Да, да, я отлично знаю, какое место советская Конституция в нашей жизни занимает».

– Вы тоже хирург? – поинтересовалась я.

Хозяйка подлила мне чаю.

– Нет, для этой специальности мне характера не хватает, я работаю в клинике брата косметологом в отделении безоперационных подтяжек.

– Есть и такие? – удивилась я.

– Конечно, – сказала Надежда, – это уколы, аппаратные процедуры.

Могу с помощью инъекций сделать человека на десять лет моложе.

Из прихожей раздался грохот, сестра Милова вскочила и поспешила в холл, я пошла за ней.

На красиво уложенной плитке сидел парень в черных джинсах, такого же цвета футболке и странной жилетке. Черные волосы незнакомца были собраны в хвост, в ушах золотые колечки. Шею и руки парня покрывали разноцветные татуировки, а на лбу красовалась большая ссадина.

– Борис! – ахнула Надежда. – Что случилось?

– Шел домой, – заплетающимся языком завел молодой человек, – надо было по красной идти, а меня понесло по зеленой… Устал, мамулечка, сильно устал, сел у А-пять отдохнуть.

Потом решил встать… голова закружилась… я упал… Мама, спать хочу…

Произнеся последнюю фразу, Борис вытянулся на полу, подсунул под щеку сложенные ладони и захрапел. В воздухе резко запахло алкоголем.

– Сын не пьет, – начала оправдывать отпрыска мать, – вообще не увлекается спиртным.