Ливень судьбы

Женька, правда, приняла в штыки то, что мы с дочерью опять едим не только траву, но теперь я уже не слышал никаких аргументов жены. Терять дочь, в прямом и переносном смысле, я не собирался!

Мы приходили к тому доктору с Анютой раз в месяц целый год. Она, видя анализы дочери на протяжении года, успокоилась. Женька, правда, на тех визитах всегда сидела, поджав губы, демонстрируя всем своим видом острое неприятие того, что говорит врач о правильности питания для дочери. Но это уже мелочи. Главное, что Анюта шла на поправку!"

"– Доктор, я обещаю Вам, что больше я не допущу того, чтобы моя дочь питалась одной травой.

Спасибо Вам огромное, что вразумили дурака! – пообещал я тогда, в наш последний визит к врачу, и вручил букет цветов. Я уже знал, что ничего другого она не возьмет.

Женька, конечно, так и продолжала питаться одной травой и орехами с семечками и ещё какими-то там семенами. Я выбросил эту информацию из головы. В конце концов, она взрослый человек, может и сама решать, что ей есть, а от чего отказываться! Но вот Анюта у меня ела и морепродукты, и мясо.

Правда, мне пришлось для этого научиться самому же это всё и готовить, потому, что жена категорически отказывалась даже прикасаться к ""мертвой пище"". Так она теперь называла все продукты, что не ела сама.

От сладкого, правда, Женька заставила нас отказаться, и молоко заставляла нас пить обезжиренное. Но тут уже я не стал упираться и спорить, необходимый кальций дочка получала в твороге и в сыре. А сладкое? Ну, что сладкое? Жили же как-то раньше люди без сахара и булочек? Жили! А вот без мяса и рыбы – нет!

Этот дом я увидел, когда искал для аренды дачу на лето.

Мне дешевле и проще было снять на три месяца дачу и перевести семью туда, чем отправлять дочь с женой к морю всего на две недели. Что такое две недели, пусть и у моря? А здесь свежий воздух, лес и речка рядом. И всего в 30 километрах от города! Дом предлагали в аренду, с последующим возможным выкупом. То, что надо! Решил, пожить лето, а там будет видно – покупать его или нет.

Хозяевами оказалась пара престарелых евреев. Дети их давно уже живут на своей исторической родине и сюда возвращаться не собираются. А родители вот всё никак не могут решиться. Дом пустовал несколько лет, хотя кто-то всё-таки следил за территорией, да включал на зиму отопление. Вот так: мы с семьей в деревню, в арендованный, пока ещё, дом, а хозяева со спокойной душой к своим детям на свою историческую родину.