Имя ей Хель

 – Знаю, что у нас были не самые гладкие отношения, но я ведь буду тебе поближе этих остроухих.

– Да я лучше язык себе откушу.

Кулак прилетел под рёбра, я задохнулась, рухнула на бок, и пинок отбросил меня к стене. Сапог лёг мне на голову и придавил к полу.

– Кажется, ты не понимаешь, в каком положении оказалась. Либо я отрезаю твою голову прямо сейчас, либо ты показываешь мне, где берёшь фейское золото.

– Иди в жопу.

– Как скажешь. – Расмус перевернул меня на живот, схватил за запястье и заломил так резко, что оно хрустнуло.

– Ладно! – крикнула я, когда нож прильнул к пальцу. – Ладно! Я скажу!

Колено Расмуса ударило меня в раненое плечо, он навалился всем весом. Я, не сдержавшись, закричала. Он сгрёб меня за волосы на затылке и оттянул голову назад, влажные губы коснулись моего уха.

– И лучше бы тебе не пытаться меня обдурить, сука.

Расмус отступил, и я беспомощно уронила голову на пол. Темнота застилала глаза, уши заложило, а боль пульсировала во всей левой стороне тела. Как будто где-то вдалеке заскрипела кровать под весом Расмуса.

– Ну, – поторопил он.

– Фейри платят за работу, – пробормотала я в грязный пол.

– Громче, Хель, я не слышу.

– Фейри платят за работу для них! – огрызнулась я, надо было держаться ближе к правде, чтобы Расмус не распознал ложь. – Как в Гильдии, только убивать никого не надо.

– Так вот что за дерьмо у тебя в сумке, – протянул Расмус.

– Надеюсь, ты его не вылил. Фейри за него отвалят немало.

Расмус нырнул рукой куда-то за кровать, выудил бутыль и потряс, демонстрируя, что она наполнена.

– И что, надо просто отнести это фейри? – Он с сомнением покосился на молоко. – Где их найти?

– Не держи меня за дуру, Расмус. Я не расскажу всего, но в обмен на свою жизнь могу проводить к фейри и их золоту.

Расмус ухмыльнулся и поставил бутыль на тумбочку у кровати. Он разрывался между недоверием, любопытством и жаждой наживы, переводил взгляд с меня на бутыль, с бутыли на нож и обратно.

– Слушай, если ты отстанешь от меня, то забирай хоть всё фейское золото.

– На кого ты работаешь? – взгляд Расмуса вцепился в меня в поисках хоть малейшего признака лжи.

– Его зовут Дугал.