Иль Мактуб. Судьба Эмира

Ахмад женился на ней и заставил её носить ребёнка, зная, что она не выдержит. Зачем ему нужна была моя Алена…Зачем? Чтобы причинить мне больше боли? Что он за монстр, зверь…

Моя мать... Умерла от горя.

Саша... Не мой сын.

Мир передо мной рушился, как хрупкая стеклянная ваза, упавшая на пол и разлетевшаяся на мелкие осколки. Я чувствовала, как моё сердце сжимается от невыносимой боли. Я не могла больше дышать.

— Алена... — я почти не слышала своего голоса. Это имя, которое я так долго не произносила, разрывает меня изнутри.

Амир наклонился ближе, его голос стал ещё тише, словно он делился самой страшной тайной.

— Ахмад не хотел, чтобы ты знала. Он думал, что ты не выдержишь, — его слова были мягкими, словно забота, но я чувствовала, как за ними кроется нечто тёмное, пугающее. — Алена умерла из-за него. Он заставил её носить ребёнка, зная, что её сердце не выдержит.

Моё дыхание стало сбивчивым. Мне казалось, что я вот-вот задохнусь от тяжести всего этого. Ахмад… Этот человек, которого я пыталась понять, к которому пыталась тянуться, вдруг стал для меня воплощением всех моих страхов. Как он мог?

— Моя мать... — мои губы дрожали, я едва выговаривала эти слова. — Она умерла?

Амир кивнул, его лицо было исполнено грусти, и на мгновение я почти поверила, что ему действительно жаль меня."

"— Да, Вика, твоя мать умерла вскоре после того, как узнала о смерти Алены.

— Нет... — я замотала головой, как будто могла таким образом стереть все его слова, вернуть время назад. Но Амир продолжал, словно мои слабые протесты не имели значения.

— Он хотел держать тебя в неведении, — его голос был мягким, почти утешающим. — Ты для него была просто инструментом. Он думал, что если ты узнаешь, ты уйдёшь, сбежишь от него.

Моё тело трясло от страха, от холода, который проникал в каждую клеточку моего существа. Я хотела встать, убежать, спрятаться от этого кошмара, но не могла. Казалось, что весь мир вокруг меня стал чёрной пустотой, и только слова Амира держали меня на поверхности.

— Ты должна увидеть её могилу, Вика, — сказал он тихо, но его голос был настолько твёрд, что я поняла — у меня нет выбора.