Их жаркий ноябрь

«После того, как тебя избили, что мы должны были думать?! — кричала мама в ту ночь, когда я вернулась. — Мы думали, тебя убили!»

«Знаешь, с чьего телефона ты звонила второй раз?! Я пробил номер! По нему тюрьма плачет! Только не подкопаешься, слишком ушлый этот твой новый ухажер! Как можно — будучи замужем, удариться во все тяжкие с таким человеком, как Покровский?!» — сотрясал воздух дядя Жора.

А я молчала. Мне было нечего им сказать. Я влюбилась по-настоящему. Отчаянно, горько. Так, как может влюбиться измученная бытом и одиночеством женщина, которая вдруг расцвела на несколько часов в объятиях настоящего мужчины.

Те несколько часов показали мне, какой счастливой я могу быть на самом деле. Не озлобленной на жизнь матерью-одиночкой, а женщиной. Настоящей, любящей… Только жаль — Константин не мой человек. И к лучшему, что мы расстались. Надо теперь объяснить это своему сердцу и загнать его обратно в рамки стандартной жизни.

Сердце сопротивлялось. Отчаянно, безумно. Оно хотело любви Константина, а не одиночества.

Спустя сутки неравной борьбы с внезапно распустившимся пышным цветом чувством я заговорила о разводе. В любом случае, с Валерой уже ничего не склеить. После того, как я ему изменила, точно. Попросила у матери денег взаймы, оплатить бензин и госпошлину.

— Подай на развод и устройся уже на работу! Хоть администратором! — распечатывая конверт, в котором хранила деньги на «всякий случай», потребовала она. Хорошо, хоть с Евой осталась посидеть.

Ева подозрительно молчала. Мне было не по себе от ее странного ухода в себя, но разбираться было некогда.

В Ростов я приехала к полудню. Здесь было ветрено, но солнечно. Что ж, хоть не такая мрачная картина, как в Краснодаре.

В районном суде сообщила, что мой муж пропал год назад, не помогает воспитывать ребенка, и у меня приняли заявление. Только вот сразу получить свободу не получилось. В любом случае, я не получу ее раньше января. А если ответчик внезапно объявится, дело затянется еще на более долгий срок.

Едва сдержала ярость.

Я хотела свободы! Отчаянно, безумно… Догадывалась почему и корила себя за слабость. Не мой Константин, не мой! Никогда моим не станет.

Обратно проезжала мимо садика Евы. Не удержалась, припарковала машину на противоположной стороне улицы и достала электронный ключ, который выдавали каждому родителю. Забрал ли Валера пакет из шкафчика дочери?

Поздоровалась с охранником, быстро вошла в раздевалку. Прислушалась — дети как раз укладывались на тихий час.