Их заложница (СИ)

Прибор зашумел, Руслан снова сделал три жадных глотка из бутылки. Хотел ее безумно, приказывал просто взять и трахнуть, не думая ни о чем, но не мог. Останавливало его что-то.

— Спасибо, — тихо произнесла она.

На него не смотрела, глаза в пол опустила и стояла так, голая, терла руки.

Нет, он же не был уродом. Жестким был, обиженным, жаждал мести, но издеваться над ней не хотел. По крайней мере, физически. Подошел ближе, остановился, взял ее руки в свои и потер, обнял за талию, провел губами по шее. Один черт знает, что с ним случилось, сорвало его, снесло, потому что через минуту он уже покрывал ее тело поцелуями, руками блуждал по груди, животу, ягодицам.

Блять, какая же она сладкая. Такая же, как и тогда. Невероятная, трепетная, отзывчивая.

Глава 8

Ева

Рядом с ним мое тело оживало, а сердце было готово выпрыгнуть из груди. Я больше не представляла собой женщину, которая не получает удовольствие от секса, я жаждала этого удовольствия, хотела Руслана, как никогда и никого прежде.

Он располагает руки на моей пояснице, тянет к себе так, что мои чувствительные соски касаются его груди и накаляются еще больше. В груди невыносимо жжет от понимания, что это все лишь временно. На несколько минут, а дальше наступит осознание. Руслан перестанет быть таким, каким был когда-то: нежным и трепетным. Перестанет целовать меня и ласкать, он поймет, что месть не получилась, потому что объект остался доволен.

Что будет потом?

Второй раунд?"

"— Ты предохраняешься? — задает вопрос.

Я быстро киваю, хотя вспоминаю, что в последнее время у меня был сбой и пришлось пользоваться презервативами. Хочу сказать об этом, но его рука опускается вниз живота, касается клитора. Руслан проводит по нему пальцами, размазывает влагу по складкам и впивается поцелуем в губы.

Из моего рта вырывается стон удовольствия, я хриплю, прерывисто дышу, чувствую, как трясутся бедра, как волна удовольствия накрывает мое тело.

На волне оргазма возникает совершенно глупая мысль — рассказать обо всем Руслану. Сказать, что он меня шантажирует, но я тут же отбрасываю эту идею. Разве он поможет? Руслан толкается в меня последний раз, застывает на несколько секунд, сгребая меня в объятия.

Мы крепко прижаты друг к другу.