Их пленница (СИ)

Полуголый, крупный силуэт в темноте — как монстр из страшных сказок. В руке нож.

— Подожди в коридоре, — прохрипел он. — Если не хочешь смотреть, как я ем

Глава 48

Я вышла в коридор, прислонилась к стене и закрыла глаза.

Главное, не обращать внимания на звуки, доносящиеся с кухни. Я и раньше видела, как он ест. Но олень и оборотень — это не одно и то же.

Можно включить свет, но я стояла в темноте и молилась, чтобы соседке не пришло в голову заглянуть на огонек. У меня тут оборотня на кухне доедают.

Знали бы мама с бабушкой, что в их светлом доме будет происходить такое.

Я ждала, пока мой любимый насытится. Наконец, звуки от поедания свежего мяса стихли и раздались шаги. Я взглянула в проем: тьма сгустилась, образуя силуэт Кира.

Мной вдруг овладела дрожь. Давно я перед ним не трепетала, но сейчас от него несло кровью и смертью, в руке нож.

— Рассказывай, Фасолька, — прохрипел он, приблизившись.

В темноте, наполненной звериным дыханием, стало невыносимо. Я нащупала выключатель, прихожую залил слабый свет. Светильник в виде шара из матового толстого стекла плохо его пропускал."

"Кирилл стоял в метре, исподлобья глядя желтыми глазами и глубоко дышал. Концы светлых прядей стали красными и налипли на измененное лицо. Кровавые потеки прочертили дорожки от рта: спускались на шею, грудь, тянулись до низа поджарого живота и терялись под джинсами.

Я уставилась на то место, куда пришелся удар. Красная рана была глубокой. Пустая и глянцевая, без крови, словно разрезанный кусок говядины. Они убили в нем человека, но зверь взял вверх и обеспечил выживание. Только за это заплатил жизнью тот, кого он съел у меня на кухне. Придется повозиться с уборкой.

Он приоткрыл рот, пробуя воздух языком. Клыки были увеличенными.

— Фасолька, — прохрипел он.

Ему нравился мой запах.

Я вспомнила, как он хотел заняться со мной любовью, а я обещала, что у нас будет время… Но не сейчас ведь.

— Я разрыла могилу дочери, — призналась я и всхлипнула. Прижала ладонь к носу, пережидая следующий спазм и закончила. — Ее там не было, Кир. Там были старые кошачьи кости, наше одеяльце и куколка. Ее забрали.

Зверь нахмурился так, словно это я, а не он, сделала что-то кошмарное.

— Забрали? — со свирепыми хрипами повторил он.