Игрушка олигарха

Мне не нужны, по сути, эти часы, но они мне очень понравились, и я захотела что-то взять от него. Чтобы позлить его, чтобы отплатить за “чучело”, которым он меня обозвал.

«У этого олигарха крупная рука», – подумала я. Моя будет намного тоньше.

***

– Поднимайся, живо!"

"Утром меня грубо отрывают от пола, выводят из изолятора. Мне плохо, я совсем разболелась, но все еще не понимаю, почему так рано. Трех суток еще не прошло. Ориентировалась по красивым часам олигарха, которые все это время были на моей руке.

– Зачем так рано?! Хочешь, чтобы все увидели, что такое сходит с рук? – голос Лидии Ивановны звенит над ухом. Я опираюсь о стену спиной, чтобы не упасть от слабости. Облизываю пересохшие губы, не очень радует быть неугодной утке, но и сдаваться так просто я не стану, и на колени падать, умоляя ее о теплой чашке чая, тоже не собираюсь.

– Она заболела! Окочурится еще, не приведи господи, а нам потом снова доказывай что да как! У нее жар, смотри, никакая уже просто. Медсестру надо вызывать.

– Сами разбирайтесь, это не мои проблемы, но чтобы к вечеру Зайцева была на ногах! Римма, делай с ней, что хочешь! Павел Николаевич уже аванс передал, он снова звонил и больше ждать не намерен, – шипит как змея, схватив Римму под руку.

Их товар разболелся, вот они и бесятся, а это уже меня радует.

Глава 5

– Лида, да она же простуженная, ты что, не видишь? Замени на другую девочку. У тебя же все там уже налажено.

– Нет, он хочет именно Ксюшу, и он ее получит, а ты пасть свою закрой! Я достаточно тебе плачу.

Они не выбирали выражений, думая, что я в отключке уже, но я все слышала. Просто не было сил подняться и открыть глаза. Голова гудела, то и дело горло подпирал кашель.

Римма взяла меня под руку и отвела к медсестре. Мне дали горсть каких-то таблеток и теплой воды. Я выпила, после чего Римма отправила меня в душ и, когда я вымылась, дала чистую сухую одежду.

Я была в отдельной комнате, не в нашей общей, меня словно отделили от других девочек.

Так и случилось. Таську кинулись искать перед ужином, ее не было, и, конечно, никто ничего не видел. Я же мысленно пожелала ей удачи. Она была самой слабой и хрупкой из нас, удача ей точно пригодится.

Чисто для вида вызвали ментов, опрашивали всех, но меня не трогали.