Игрушка олигарха

Он целовал ее с такой умопомрачительной страстью, а ее руки были в его штанах. Мое сердце на миг остановилось, но затем начало колотиться с двойной скоростью. Стало так больно, словно, кольнуло десяток игол.

- Юль? Так, в обморок не падать! - зашептала Оля, но я чувствовала, как дрожали ее руки. - Может это не он? Мы же только спину видим.

Я бросилась к своему телефону и вновь набрала Женю. Он не ответил. Но в кармане его куртки засветился экран.

- Вот падла! - изрекла подруга."

"А затем мы обе застыли, наблюдая, как Женя оторвался от Даши, вытащил из кармана телефон и скривился.

На одну крохотную секундочку промелькнула мысль, что это она его вынудила, подставила, заманила в свои сети. И может быть и место неслучайно выбрала, прямо под моими окнами. Но по виду Жени, по тому, как его руки блуждали по ее телу, было трудно сказать, что его вынудили.

- Юль, посмотри на меня. - Оля отвернула меня от окна и заставила взглянуть ей в глаза. - Если он так поступил, то он уж точно не стоит твоих слез. И еще. Хорошо, что ты сейчас узнала, до... Ну, ты сама понимаешь. Хорошо. Правда, хорошо. Все что не делается.

Я кивала, со всем соглашаясь, но по правде говоря, от слов легче не становилась.

Олечка тяжело вздохнула и протянула мне шампанское. Я с каким -то яростным отчаянием вырвала бутылку и начала пить прямо из горла. Но и алкоголь, черт возьми, не притуплял боль.

- Сволочь! - заорала я.

- Еще какая! - поддержала Оля. - Покричи, легче станет.

Я выкрикивала все ругательства, которые знала, пока не зазвонил мой телефон. Точнее, он был Олин, потому что поменяться мы не успели. Но номер я узнала. И вновь разрыдалась.

Ему еще хватило наглости перезванивать сразу после того, как его язык был во рту у другой. заразы.

- Они еще там, - произнесла подруга и выхватила мой телефон. Она жестом показала мне молчать и нажала на вызов.

Я застыла, прилипнув к окну.

- Жень, привет, это Оля, - беззаботно произнесла подруга, положив руку на мое плечо.

Я видела, как он отошел от Даши на несколько шагов и махнул ей рукой. С таким пренебрежением, мол, чего стоишь, проваливай.