Игрок, забравшийся на вершину. Том 2

Но не поменяются ли условия награды после прохождения? Ведь он приступил к этому испытанию, чтобы вступить в Братство, что если только уровень чувствительности позволил войти ему в эту комнату.

«Изначально ведь Умбра сказал, что я не один из них и путь в их орден был бы заказан, если бы я не был посланником. Но какова вероятность, что для игроков с низкой чувствительностью, ответ был таким же?»

«Если я выйду из игры, сменив уровень чувствительности, а после не смогу войти в комнату для испытания, то мне придется возвращаться к прежнему уровню боли и, войдя сюда, моё тело станет ещё больше.

Монстр-Уилл разглядывал свою лапу и для начала решил проверить свою теорию.

– Гребенные садисты!! Ааааа! – Он провел своим когтем по руке, срезая чешую, и закричал от боли. Пустота не отражала эха. Тьма не гасила звуки. Его голос полный боли никто не слышал. Никто кроме «Императора»…

Десять минут ужасающей боли и он смотрит на свой лицевой счет.

760010 золота.

Теперь он понял, что его тело было пропорционально золоту на его счете. И если он будет прав в своих расчетах, то у него будет два варианта:

1) Бросить саму идею вступления Братство теней, что означало минус навыки и минус специализация, которыми, глядя на способности тех троих, он очень хотел обладать;

2) Процесс избавления от золота… (Уилл скривился от иронии) пройдет дольше, что означает, много-много боли.

– Горите в аду ублюдки.

– РР-РА-а-А-а-Гх!! – Самым проблемным участком оказалась спина, он не придумал ничего лучше как отрезать пару лап и положив когтями вверх расцарапывать себе спину.

124700 золота…

70630 золота…

31254 золота…

14240 золота…

Во тьме лежал окровавленный кусок мяса, очень похожий на человеческий, но сказать было сложно. Свет, что раньше освещал прекрасную кучу золота, теперь освещал озеро крови и гигантские куски тела.

Уилл выколол себе глаз, но оставался ещё один.

«Чавк»

– А-а-а-аа!! Твою мать!

11240 золота.

Теперь на счету лежали только его деньги.

ВОРон ни черта не видел. Лежа в неизвестности, он осознал глубину скрытого подтекста в данном испытании.

Из света в тень, из тени в тлен.

От блеска золота, до монстра, а от монстра в кусок мяса.

Это была жестокая игра.