Играя судьбами

Марина внимательно взглянула на меня и вернулась на стул, сложив руки перед собой на папке.

– У меня еще одна просьба.

Девушка кивнула, а я не знала, как сказать, чтобы не выдать свою заинтересованность. Но вопрос, который мучил последнее время, не давал мне покоя. Выдохнув, я проговорила четким профессиональным голосом начальника, тщательно маскируя волнение.

– Уточни по своей пациентке. Елизавета Матвеева. Она не появлялась на приеме, который ты назначала ей.

Марина поморщила носик.

– Я звонила ей.

Дина звонила. Кажется, Матвеева решила отказаться от наших услуг.

– «Кажется» не принимается. Будь добра, уточни, созвонись вновь. Найди ее.

– Но…

– Это работа, – напомнила я, понимая, что перегибаю палку.

Если Лиза не хочет больше приходить сюда, то это исключительно ее решение. Однако я не могла выбросить из головы несчастную напуганную девушку, и хотела узнать о ней хоть что-то.

Марина кивнула и поднялась.

– Хорошо, постараюсь ее найти.

– Спасибо.

Она промолчала. Шурша подошвой по полу, выскользнула из кабинета и притворила дверь.

Я выдохнула и закрыла глаза, отклоняясь назад. Под спиной захрустела кожаная спинка кресла.

Я устала. Пожалуй, надо взять отпуск и уехать куда-нибудь. Подальше от работы, подальше от друзей. Интересно, если предложу Натану где-нибудь отдохнуть, согласится ли он поехать со мной? Поездка, отель, завтраки в постель… Мило, романтично, забавно. Но ведь так и живут настоящие пары!

– Конечно, согласится, – прошептала вслух, открывая глаза.

После разговора с Рокси я много думала. Ее слова, как яд отравляли мое сознание, но Натан умел лечить раны, даже если сам не знал об этом. В тот вечер он приехал без приглашения, а я не смогла отказать. Мы провели ночь вместе, наутро он уехал. Все было прекрасно. Беспокоило лишь то, что слова Рокси не давали мне покоя.

Думаю, она поступала так со мной из чистых побуждений, но подруга не понимала, как больно мне становилось. В ту ночь я решительно выбросила из головы сомнения.

Натан не мог так поступить. Каким бы странным он ни казался, каким бы закрытым или неподдельно прямолинейным был, для меня Натан стал самым важным человеком в жизни. И никакие слухи, домыслы и, возможно, неверно истолкованные слова Йохана не могли изменить моего решения. Тем более, я была права – Йохан в свое время подпортил себе репутацию. Пусть и все закончилось хорошо, но верить ему я не могла. Мало ли какие отношения у братьев были.