Игра в саботаж

Ему очень хорошо и спокойно было сидеть третий срок — он уже успел завоевать имя и положение в криминальном мире, и отсидка в «черной» зоне была для него очень комфортной. Это именно Жмых рассказал Анатолию, что зоны делятся на «черные» и «красные». В «черной» правят блатные, по блатным понятиям и законам, а в «красной» — менты, которые стараются подмять блатных под себя и устанавливают свои порядки.

В общем, в тюрьме Жмыху было хорошо. Там был его дом. Там его уважали, кормили и не заставляли работать.

— А главное то, что в зону я больше не попаду, — мрачно, уже напившись до чертиков, вдруг произнес Жмых.

— Почему не попадешь? — не понял Анатолий. — Вот повяжут нас всех — еще как попадешь!

— Ты не въехал, братан, — горько вздохнул Жмых. — Нас-то повяжут, оно понятное дело, только на зону уже никого не отправят. Ребята не знают за такое, они думают — пойдут на зону. А я знаю, что нет.

— Не понял.

— В расход, — всхлипнул Жмых.

— То есть расстрел? Ну, это не обязательно. Не так просто дать высшую меру.

— Ты опять не понял, братан! Нас на месте всех положат! Ни до какого суда дело не дойдет. Нас замочат еще до ареста и до суда. Пасть всем захлопнут, чтоб молчали. А мне — больше всего!

— Тебе-то чего? — все еще не понимал Нун.

— Потому что я знаю, а они нет! Хочешь, скажу тебе как родному? — Жмых был совсем пьян, потому и болтал не умолкая.

— Как это? — опешил Анатолий, не веря своим ушам.

— А вот так! Помнишь, я тебе говорил, что хозяин у нас серьезный? Что знаем, на какие дела ходить, а куда нет? То-то и оно! Кто нас всех собрал? Кто доктора от зоны отмазал, артисту позволяет по бабам бегать, а всем остальным сроки скостил? Через него дела по жидам идут, которые документы подают на выезд. И он знает, кому откажут, кого пустят, а кто пойдет в обход.

— Ты хочешь сказать, что полковник госбезопасности сколотил вашу банду, чтобы зарабатывать на тех, кто бежит из страны? — уточнил Нун, шокированный услышанным.

— А то! — хмыкнул Толян.