Игра в отрезанный палец

Свет ее фар дотянулся до глаз Ника, и он зажмурился. Улли, спокойно сидевшая все это время за рулем, тоже прикрыла глаза ладонью.

Машина не спеша подъехала и остановилась прямо перед лимузином. Ник оцепенел, испугавшись. Подумал, что это полиция. Хотя отсутствие мигалки и сирены немного успокоило.

Хлопнула дверца, и рядом с лимузином оказался Сахно. На лице — довольная улыбочка.

— Пересаживаемся, — сказал он, открыв дверцу со стороны Ника.

Первым делом Сахно вытащил за ноги «мальчика для битья». Тот свалился на землю.

— Его в багажник! — скомандовал Сахно.Захлопнув за бельгийцем вместительный багажник. Ник наконец рассмотрел машину, пригнанную Сергеем. Это был темно-синий «фольксваген пассат».

Переложив в салон все вещи из похоронного лимузина, Сергей долго, минут пять, «говорил» о чем-то с Улли. Она кивала, отвечала. Мимика ее лица показалась следившему за разговором Нику очень напряженной.

— Ты с Улли садишся в «фольксваген», а я за вами в лимузине. Пока не найдем место для его стоянки, — сказал Сахно.

— Его же ищут! — попытался образумить Сергея Ник.

— И меня ищут, и ее ищут, — Сергей показал взглядом на Улли. — Один ты чистенький и никому на хрен не нужен! Или делай то, что я говорю, или иди на х…!

Улли села за руль «фольксвагена», Ник — рядом с ней. Выехали на дорогу.

Ник, оглянувшись, увидел ехавший почти впритык за ними лимузин с разбитой фарой.

Улли вела машину уверенно, будто хорошо знала эти места и дороги. Снова проехали по красному мосту над пропастью. Свернули направо, на неширокую дорогу, огибавшую старую часть города.

Незаметно город остался позади. Дорога выровнялась и теперь по обе ее стороны то и дело мелькали огоньки одиноких вилл или ферм.

В одном месте Улли притормозила и дальше минут пять они ехали медленно, делая от силы тридцать километров в час. Наконец она нашла то, что хотела — поворот налево.

Жестами Улли позвала Ника выйти из машины. Они вдвоем приподняли и отнесли в сторону низкие деревянные ворота. Въехали во двор. Тут уже Ник осмотрелся получше. В свете луны брошенная ферма напоминала романтические руины. Окна двухэтажного дома были забиты досками. Зато ворота постройки, напоминавшей амбар, были настежь открыты.