Игра в отрезанный палец

На ваш адрес пакет из Москвы, — ответил парень, снова подойдя к двери.

Упоминание Москвы сняло с Виктора остатки напряжения, и он приоткрыл дверь.

Получив пакет и расписавшись в получении, он закрыл дверь. Вернулся на кухню.

В пакете оказалось отпечатанное письмо от Рефата и ксерокопия какого-то другого, рукописного письма.

Перед тем как прочитать полученное, Виктору пришлось заварить чай. Потом уже, снова усевшись за стол и поставив перед собой кружку с чаем, Виктор опустил костыль на пол у ног и взял в руки письмо от Рефата.

Собственно, этот текст можно было назвать письмом с таким же успехом, как и сообщением какого-нибудь информационного агентства. Ни «добрый день», ни «здравствуй», ни «как дела?». Сразу с места и в карьер:

«Наш четвертый друг оказался в Ойскирхене — маленьком городке недалеко от Кельна. Он прислал письмо жене и сыну. Правда, у письма очень странный вид, что требует какого-то объяснения. Похоже, что письмо вместе с конвертом попало в грязь, после чего его отмывали, сушили и гладили.

Посылаю ксероксы письма и конверта. Мне кажется, что наш друг хотел его отправить еще при жизни, но его остановили. А потом, чтобы создать впечатление, что он еще жив, письмо отмыли, „привели в порядок“ и отправили. Если это так, то их действия выглядят очень непрофессионально. Есть о чем подумать».

Дочитав, Виктор обратил внимание, что листок без подписи. Конечно, было бы глупо сомневаться в том, что этот пакет пришел от Рефата, но ни подписи, ни обратного адреса не было.

Пробежав глазами странное короткое письмо от Николая Ценского жене и сыну, Виктор рассмотрел ксерокс конверта, на котором по диагонали стояла большая печать почты: «Получено в поврежденном виде».

Достал фото двух беглецов, посмотрел на Николая Ценского. Посмотрел пристально и вздохнул. Стало Виктору жалко этого человека. Показалось, что из строчек его письма им самим специально вынута душа, вместе с деталями, которые могли бы что-то объяснить, поведать о его сегодняшней жизни.

""А что, если Рефат прав и его действительно уже нет в живых? — подумал Виктор, переведя взгляд на второго — Сергея Сахно по кличке Сапер.

 — В таком случае этого тоже нет.

Но его как раз и не жалко…""

Виктор отпил чаю, посмотрел в окно. Издалека, из спальни, донесся плач дочери, не хотевшей засыпать.

Приблизил лицо к стеклу и посмотрел вниз. Увидел перед парадным микроавтобус, в кабине которого горел свет. Рядом остановилась еще какая-то легковушка. Из нее вышел мужчина.