Игра в кошки-мышки

— Простите, ваше высочество, — проговорил Себастьян. Будь я не в столь плачевном состоянии, то, несомненно, восхитилась бы, как хорошо у него получилось передать в голосе трепет, уважение и одновременно смущение неловкой ситуацией. А вероломный блондин сделал паузу и вдруг грозно рявкнул: — Вон!

Я аж подпрыгнула от неожиданности, осознав, что это было обращено ко мне.

— Немедленно удалитесь, сьерра! — продолжал бушевать Себастьян в полнейшей изумленной тишине кабинета. — Неужели вы не понимаете, насколько нелепа и возмутительна ваша просьба? И, поверьте, ваши слезы не способны разжалобить ни меня, ни тем более его величество.

Я еще раз потерла глаза, пытаясь избавиться от паутины чужих чар. Больше всего на свете мне хотелось сейчас врезать чем-нибудь тяжелым по голове Себастьяну. Понятия не имею, какую игру он затеял, но поступил со мной очень жестоко. Впрочем, мне уже не привыкать к таким выходкам.

— Прочь! — с ледяным презрением отчеканил Себастьян. — Немедленно!

И я разозлилась. Ах, так? Ну что же, я уйду, даже если мне придется выбираться из дворца наощупь.

После чего решительно сделала шаг назад. Правда, тут же зацепилась каблуком за какую-то складку на ковре и неминуемо упала бы, если бы мгновением раньше меня кто-то не подхватил.

— Спа… спасибо, — сдавленно произнесла я. Подняла голову — и обмерла, поскольку сквозь дымку слез увидела, что не дал упасть мне именно прерисский принц.

Высокий темноволосый мужчина лет тридцати приветливо мне улыбнулся, не торопясь убирать руки с моей талии.

Резь в глазах быстро утихала, поэтому я смогла разглядеть необычный оттенок его глаз — светло-карий, ореховый, симпатичные ямочки на щеках и неожиданно твердую линию подбородка, говорящую о недюжинной силе воле и упрямстве.

— Извините, что вмешиваюсь, — сказал принц, продолжая увлеченно меня разглядывать. — Но к чему такая жестокость, ваше величество? Чем провинилась перед вами сия прелестная особа?

Я закономерно зарумянилась от комплимента, поняв, что речь идет обо мне, запоздало вспомнила о правилах этикета и отстранилась, торопливо присев в реверансе.

Правда, тут же выпрямилась, смутившись еще сильнее, поскольку вспомнила, что у моего платья достаточно смелое декольте, поэтому лучше не давать окружающим возможности заглянуть в него.

Принц Винсент, как и любой нормальный мужчина на его месте, все же не упустил удобного случая. На это указывало то, что когда я выпрямилась, его взгляд был намертво прикован к моей груди.