Игра престолов

Тирион даже заставил его однажды открыть рот, чтобы проверить…

— Ну, видишь, язык есть, — проговорил он. — Когда-нибудь ты научишься им пользоваться.

В настоящий момент Тирион не имел настроения извлекать эту мысль из парня, которого — как он подозревал — навязали ему в порядке грубой насмешки, а посему обратил внимание на девушку.

— Это она? — спросил он у Бронна. Девица поднялась изящным движением и поглядела на него сверху вниз — с высоты своих скромных пяти с чем-то там футов.

— Да, милорд, и я могу говорить сама, если это угодно вам.

Он наклонил голову набок.

— А я Тирион из дома Ланнистеров. Люди зовут меня Бесом.

— Мать назвала меня Шаей. А мужчины зовут… нередко.

Бронн расхохотался, и Тирион тоже улыбнулся.

— Пройдем в палатку, Шая, если ты не против. — Подняв полог, он пригласил ее войти. Внутри шатра он пригнулся, чтобы зажечь свечу.

Жизнь солдата имела определенные преимущества. Во всяком военном лагере находились те, кто непременно увязывался за воинами. В конце дневного перехода Тирион отослал Бронна назад, чтобы тот отыскал ему шлюху поприятнее.

— Лучше, чтоб была помоложе и посимпатичнее, но — какую найдешь. Я уже буду рад, если она хоть раз умывалась в этом году. Если нет, пусть умоется. Но скажи ей, кто я, и предупреди, каков из себя.

Джик не всегда утруждал себя этим, и в глазах девиц при виде лорденыша, которого они собирались потешить, появлялось нечто совсем иное… чего Тирион Ланнистер не желал бы видеть.

Подняв свечу, он оглядел ее. Бронн постарался: тоненькая, с глазами голубки, твердые и маленькие грудки… и улыбка, то застенчивая, то наглая и ехидная.

— Снять ли мне и рубашку, милорд? — спросила она.

— В свое время. Ты, случайно, не девственна, Шая?

— Если это вам угодно, милорд, — сказала она.

— Мне угодно слышать правду, девица.

— Да, но это обойдется вам в два раза дороже!

Тирион решил, что они сумеют поладить.

— Я — Ланнистер. Золота у меня много, не сомневайся в моей щедрости. Но я потребую от тебя большего, чем то, что есть у тебя между ногами, хотя мне нужно и это.

— Мне и вас вполне достаточно. — Она потянулась к подолу своей грубой домотканой рубахи и, одним движением стянув ее через голову, отбросила в сторону. Под рубахой не было ничего, кроме Шаи.