Игра нипочём

А если это слово для вас не совсем пустой звук и не диагноз психического заболевания, то скажите: известно ли вам, что у нас в России испокон веков бытовали легенды о таинственном аналоге загадочной Шамбалы, называвшемся Беловодье? Причём расположенном не «где-то там, далеко», где никто и никогда не бывал, а непосредственно рядом? Не за стенами неприступных гор, а за барьером, куда труднее преодолимым, – духовным?..

Часа через два она оторвалась от книги и долго с недоумением смотрела на часы, медленно осознавая, что уже совсем скоро зазвенит будильник и надо будет собираться на службу.

– Пойдёшь со мной, Тишенька?

«Конечно пойду, – ответил кот. И выпустил когти, словно проверяя перед дорогой. – А как же иначе. Когда в путь, хозяйка?»

Семён Богданович Песцов. Массажист

– Трусы можете оставить. – Песцов указал визитёрше на застланную свежей простынкой кушетку. – Прошу. На спину и руки вдоль тела.

Массажный кабинет был оформлен в восточном стиле. Вьетнамские бамбуковые циновки, настенные свитки с иероглифами, на столике – благоухающая курильница.

– Так-с, – бормотал он, – ну-ка, ну-ка, что тут у нас…

На самом деле «тут», в смысле на кушетке, ничего особо страшного и даже удивительного не наблюдалось. Вполне обыкновенная дама: где-то под сороковник, двое детей, вялый муж, угасающие мечты. Небольшой сколиоз, яичники, желудок, лёгкая эрозия, правая почка… А вот шею надо несомненно править, и копчик явно нехорош, видимо, падала в детстве.

Попадая в этот кабинет, пациенты, как правило, принимались сбивчиво пересказывать Песцову историю своих болячек, начиная с детского сада (если не с дедушек-бабушек, наградивших наследственностью). И даже привычно обижались, когда он, не слушая, отправлял за ширму раздеваться и сразу загонял на кушетку.