Игра нипочём

И увидел розоватое сияние, слабо нарушавшее темноту, – словно бледный раствор марганцовки подлили в чёрную тушь."

"«Ни хрена ж себе…» Песцов трудно встал, подошёл, не поверил глазам, потрогал руками. Свет шёл из узкой г-образной трещины в стене. Там, судя по всему, в стену была вмурована плита, и её стронуло взрывом гранаты.

«Интересная фигня». Песцов вытащил нож, вставил в щель, попробовал раскачать плиту… фиг вам. Однако камень оказался мягким, сталь его легко брала.

– Ох и ни хрена же себе, – пошёл он на свет, потрогал щель, посмотрел на Песцова. – В кого гранату кидал?

– Так, померещилось, – пожал плечами тот. – В нашем с тобой положении что ни делается, всё к лучшему.

– Да будет свет, сказал монтёр… и жопу фосфором натёр, – кивнул сержант и тоже вытащил нож.

Скоро в щель удалось всунуть дуло автомата.

– Дай-ка голову гляну… Фигня, касательное. – И Краев первым двинулся вперёд.

Скоро в воздухе начало ощущаться явственное зловоние. Казалось, они готовились вползти по фановой трубе в огромный сортир.

– Не робей, сержант, в большее дерьмо, чем есть, уже не влезем, – вяло пошутил Песцов, чувствуя, как на него опять накатывается дурнотная волна боли.

Чуть позже его посетила мысль о промедоле. «Я буду тащиться, а меня будут тащить? Ну нет, на хрен, лучше потерпеть…»

– От дерьма – запросто, а вот от крови… – настроился на философию Краев, но тут же застыл на месте и выдохнул в полнейшем восхищении: – Ого! Это тебе не речка-говнотечка, это тебе Стикс!

Очередной поворот вывел их на берег подземного потока, нёсшего воды глубоко в недрах земли.

– Если Стикс, тогда я на тот берег ни ногой, ещё поживу, – усмехнулся Песцов, прислонился к скале, перевёл дыхание.