Игра на желания

— Понятно, — с искренним огорчением вздохнул Кайл.

— И что все это значит? — поинтересовалась я.

— Это означает, что у тебя есть дар видеть истинную суть вещей, — неожиданно раздался голос Седрика.

Я обернулась к двери и с нескрываемой тревогой нахмурилась, оценив вид приятеля. Он вернулся в кабинет один, без Дейлы, но выглядел при этом так, будто за короткое время своего отсутствия успел постареть на целую жизнь. Глаза ввалились, на щеках появились синие тени легкой небритости, волосы почему-то выглядели не чесаными и не мытыми с неделю.

— Ого! — уважительно присвистнул Кайл, оценив вид своего коллеги. — Тяжело пришлось?

— Нелегко, — кратко обронил Седрик. — Дейла почти перешла за грань. Пришлось вытаскивать.

Я понятия не имела, что все это значит. Но судя по тому, как Кайл испуганно охнул при этом сообщении, — едва не случилось что-то страшное.

— С ней все в порядке? — с волнением выдохнул Кайл.

— Теперь да. — Седрик криво усмехнулся одной половинкой рта. — Поспит немного — и окончательно придет в себя.

— Тебе бы тоже не мешало отдохнуть, — робко заметила я, и Кайл усиленно закивал, соглашаясь со мной. — А то видок у тебя такой, что краше лишь в гроб кладут.

— Успеется. — Седрик нетерпеливо отмахнулся. — Мы и без того потеряли слишком много времени на ритуал, который ничего не дал. Будем надеяться, что визит к любовнице Флавия принесет больше толку.

— А ее уже нашли? — поинтересовалась я.

— А зачем ее искать? — Седрик пожал плечами. — Ее имя нам Мизерд сказал. Какой смысл найне Аннет Бигион скрываться? Кстати, она живет неподалеку от тебя.

— Я на ее месте давным-давно рванула бы в бега, — несогласно протянула я. — Ведь получается, что она виновата в двух убийствах.

— Ее причастность к этому еще надо доказать. — Седрик устало хмыкнул. — Напротив, ей сейчас имеет смысл сидеть тихо и не высовываться. Попытка покинуть город будет истолкована в сторону ее виновности. А так… Пока что у нас нет ни единой зацепки, доказывающей, что она имеет к убийству Флавия и Мизерда хоть какое-то отношение.

Я промолчала. Не было смысла спорить с Седриком по такому пустяку. Наверняка он лучше знает, как надлежит вести расследование. Куда больше меня тревожило его состояние. По моим скромным подсчетам, бедолага не спал более суток. Если неизвестная мне Аннет вздумает напасть на него — то, вполне вероятно, у него даже не найдется сил ей сопротивляться.