Игра на желания

Я вошла в залитую солнцем комнату. Сделала несколько шагов и остановилась, приподняв вуаль с шляпки и болезненно сощурившись. Свет бил мне прямо в лицо, поэтому я ничего не видела перед собой.

— Найна Беатрикс Ильен, — промурлыкал где-то рядом глубокий бархатный баритон. — Рад приветствовать вас в своей скромной обители.

Я присела в заученном реверансе, судорожно пытаясь вспомнить остальные присущие случаю правила этикета. Не стоит ли мне рухнуть навзничь, прославляя его величество короля Альберта Первого? Да нет, пожалуй, обойдемся без таких излишеств.

— Себастьян, вижу, ты совсем запугал накануне нашу милую гостью, передавая ей мое пожелание о встрече. — В голосе говорящего послышалась мягкая укоризна. — Бедняжка выглядит так, будто не спала всю ночь.

Я на самом деле не спала всю ночь, но не собиралась в этом признаваться. Если честно, я чувствовала себя очень беззащитной, при всем желании не понимая, где находятся хозяин дворца и его невидимый гость, к которому он обращался.

Словно в ответ на мои мысли что-то щелкнуло, и плотные гардины медленно закрыли окна, оставив в комнате приятный полумрак.

Комната, в которой я сейчас находилась, более всего напоминала рабочий кабинет. Множество шкафов, забитых книгами, и ворох рассыпанных бумаг.

Сразу напротив двери располагался огромный письменный стол. За ним сидел средних лет темноволосый худощавый мужчина, на висках которого уже серебрилась ранняя седина.

— Ваше величество, — пробормотала я, вновь неуклюже присаживаясь в реверансе. — Это большая честь для меня.

— Ах, оставьте! — нетерпеливо отмахнулся от моего приветствия король. — Право слово, это не тот повод, чтобы благодарить меня за аудиенцию. Беатрикс Ильен, вы ведь в курсе, почему вас вызвали во дворец?

— Да, — медленно процедила я, в этот самый момент увидев Себастьяна.

"Он стоял около окна, видимо только что задернув занавеси. Блондин вежливо наклонил голову, приветствуя меня, затем выпрямился и окинул меня удивленным взглядом.

— Поразительно, как женщины умеют изменять внешность, — пробормотал он, ни к кому, в сущности, не обращаясь. — Только вчера, Беатрикс, вы были черноволосой зеленоглазой красавицей. А сегодня… Нет, я не могу сказать, что вы подурнели.