Идол

Не хочу всего этого чувствовать, но ничего не могу с собой поделать. Меня скручивает в истерике, и тело горит, словно в агонии. Не хочу больше никаких игр, не хочу мести, не хочу его боли и эмоций, потому что больно только мне, а не ему. Лучше чувствовать себя пустой, чем напоенной ненавистью к Богдану, это разрушает меня, а ему все равно, он просто похотливое животное.

Не знаю, сколько прорыдала на полу возле входной двери, не помню, как поднялась на ноги, добрела до ванной и приняла душ, пытаясь смыть с себя его прикосновения.

Мне опять снилась моя маленькая сероглазая девочка. Сон, который преследует меня уже год. Она приходит ко мне в периоды эмоциональных срывов. Моя девочка снова горько плакала, утирая слезы маленькими ладошками. А у меня сердце разрывалось, я, как всегда, хотела ее утешить, но не могла этого сделать. Девочка не слышала и не видела меня. Она такая маленькая и одинокая в огромной серой комнате с обшарпанными стенами.

Просыпаюсь, по-прежнему чувствуя себя опустошённой, будто Богдан и мой сон вытянули из меня все жизненные силы. Пока умывалась, пришла к выводу, что как бы я этого не хотела, мое настроение и внутреннее состояние по-прежнему зависят от Идола. А я хочу вырвать его из сердца. Или спалить себя дотла, чтобы остался только пепел.

Надеваю черные брюки в обтяжку, черную блузку с белыми манжетами, сапоги, шарф, пальто. Не пользуюсь духами и косметикой, не надеваю шапку и не завтракаю — ничего не хочу, пустой сосуд не наполнить. Подхватываю сумку, накидываю капюшон и выхожу из дома. Останавливаюсь возле подъезда, смотрю на время в телефоне и понимаю, что рано вышла — до начала учебы еще целый час.

Решаю пройтись пешком и привести мысли в порядок. Перекидываю сумку через плечо, засовываю руки в карманы и медленно выхожу со двора. Несмотря на снегопад, на улице не холодно, дышится легко и я глотаю воздух большими порциями.