Идеальный парень

Двадцать минут спустя, вопреки всяческому здравому смыслу, я уже сидел в такси и ехал в Клеркенвелл.

Глава 32

Я стоял на тротуаре перед дверью Оливера, пытаясь осознать всю бесперспективность моей идеи, когда вдруг пошел дождь. И он поставил под угрозу мои планы простоять тут, беспомощно дрожа от холода, минут двадцать, а потом трусливо свалить домой. Потому что я все еще не исключал вероятности, что мне придется валить домой, когда в четыре утра, весь несексуально мокрый и напуганный, позвонил в дверь Оливера.

Вот блин, что я натворил?

Я смотрел на красивые стеклянные оконца на двери Оливера и ловил себя на мысли, что уже поздно бежать отсюда со всех ног, как мальчишка после хулиганской выходки. А затем дверь открылась, и на пороге появился Оливер с бледным лицом, красными глазами и в своей самой полосатой пижаме.

– Что ты тут делаешь? – спросил он, подчеркивая своим тоном, что сейчас ему меньше всего хотелось меня видеть.

Не зная, что сказать, я открыл на своем телефоне статью Кэма и сунул ее в лицо Оливера, как обычно в фильмах агенты ФБР показывают свои удостоверения.

– Это еще что? – спросил он, щурясь.

– Статья о том, какой я неудачник, написанная парнем, с которым я месяц назад поболтал пять минут.

– Когда ты разбудил меня, – сказал Оливер, – в такое неподобающее время, которое даже нельзя называть полночью лишь потому, что полночь была несколько часов назад, я подумал, что ты пришел извиниться. И уж никак не ожидал, что ты предложишь мне читать какую-то статью с мокрого смартфона.

Блин, я опять напортачил.

– Я, – предпринял я отчаянную попытку, – и пытаюсь. Извиниться. Но я хотел, чтобы ты понял, из-за чего я так взбесился. Узнал весь контекст.

– Ах да. – Он смерил меня холодным взглядом. – Для извинения это самое важное.

Дождевая вода стекала с кончиков моих волос мне на лицо.

– Прости, Оливер. Мне очень жаль. Извини, что оттолкнул тебя. Что слетел с катушек. Прости, что заперся в ванной, словно подросток-эмо на неудавшейся вечеринке.

– Послушай, я ценю этот твой жест… точнее, жесты, – Оливер начал тереть виски, и это означало, что он понятия не имеет, как реагировать на мое поведение, – но я не понимаю, почему все время происходит нечто подобное. Я даже не понимаю, что случилось сегодня.