Идеальный план

– Но…

– Но ты заметил, что Леон не мог смотреть тебе в глаза? Или что половина команды вела собственные разговоры? Командный ужин – это сплочение команды. Повод снять форму и узнать друг друга как людей, а не игроков. На самом деле сегодня вечером этого не произошло.

Я достаточно осведомлен о себе, чтобы понимать, чего не хватало моему командному ужину по сравнению с теми, которые устраивал Итан.

– Да что, черт возьми, вообще случилось с Леоном?

Итан прищуривает глаза:

– Не понимаешь? Парень до смерти тебя боится.

– Меня?

Он смеется, в его тоне сквозит сарказм.

– Шокирующе, верно? Потому что ты просто самый приятный парень на площадке.

– Это работа. Я на площадке, когда работаю, и я в свободное время – это два разных человека.

– Райан, ты мой друг, ты это знаешь, но ты высказываешь именно ту точку зрения, которую я пытался доказать все это время. Никто больше не знает тебя за пределами баскетбола, поэтому, конечно, ребята думают, что ты какой-то властный придурок, который непременно их отчитает, если они поступят неправильно.

Я усмехаюсь:

– Это смешно. Нет никаких причин, по которым он должен принимать близко к сердцу то, что я говорю, или то, как я действую, когда работаю.

– Парни боятся пропустить твой пас. Боятся не забить, поэтому отдают тебе мяч, чтобы ты забил за них. Мы никогда не выйдем в плей-офф, если они не смогут доверять себе, и тем более если ты им не доверяешь.

Черт возьми, клянусь, этот парень читает мои мысли.

Подъезжает затемненный седан Итана.

– Я не пытаюсь быть мудаком…

– Нет, ты прав, – перебиваю я. – Ты прав. Мне нужно над этим поработать.

Он быстро хлопает меня по спине:

– Спасибо за ужин. Увидимся завтра в аэропорту.

– Что ж, до встречи.

Назад в квартиру я еду в тишине. Иногда я болтаю с Гарольдом, но сегодня вечером тишина необходима.

– Добро пожаловать домой, мистер Шэй.

– Дэвид? – спрашиваю я, выбираясь с заднего сиденья машины. – Почему ты работаешь в ночную смену?

Дэвид, мой обычный дневной швейцар, придерживает для меня дверь в вестибюль.