Холостяк. Ищу маму для дочки

Я предпочитала удобную и практичную одежду, на всякие излишества не было ни денег, ни времени.

Наверно поэтому они не обратили внимание на серую мышь.

Мне почему-то казалось, эти коршуны ждали только меня, чтобы продолжить интервью, которое прервали.

– Мы должны выяснить о ней как можно больше информации!

– Установим слежку и раздобудем адрес Таисии Ланской…

– Точно, слежка – наше оружие. Найдем все её социальные сети, выясним про её окружение, друзей, родственников. Узнаем, что о ней говорят люди.

– Будем рыться в её прошлом, искать слабые места, информацию, которую она хотела бы скрыть. Каждая тайна станет новым заголовком.

– Похоже, намечается нечто интересное. Можно нехило поднять бабла!

Радовались эти стервятники паршивые, обсуждая коварные планы.

Ну просто замечательно!"

"Они будут меня преследовать как долбанные папарацци и постоянно будут пытаться залезть мне в трусы.

Пфффф! Просто отвратительно. Попала так попала!

В Ривьере я проторчала практически три часа, пока обсуждала детали сделки.

Всё это врем я старалась не смотреть на Ханса. Он меня раздражал всеми фибрами души.

У меня даже глаз начал подёргиваться от его голоса, присутствия, надменного выражения лица, его царский движений.

Не знаю, как я выседила оставшиеся часы, находясь рядом с ним, как на пороховой бочке.

Он и правда вёл себя как царь, считая себя выше всех остальных, а я ненавидела таких людей.

Хуже всего, я должна делать вид, что без ума от такого раздражающего и высокомерного типа.

И что мне с этим делать?

Стиснуть зубы, сжать кулаки и терпеть.

Проблема, что я бываю бомбочкой внутри и у меня непростой характер… Много терпеть не могу.

Мы с Хансом были настолько разными, что даже в его близости я чувствовала себя совершенно чужой.

Каждая его высокомерная улыбка и презрительный взгляд только усиливали мое нежелание быть в его окружении. Но я понимала, что в данной ситуации мне приходится играть роль, скрывая свою истинную неприязнь.

Я должна была держать себя в руках и играть роль заинтересованной и влюбленной женщины. Ведь от этого зависела не только моя судьба, но и судьба моей семьи.

Когда я закончила все деловые вопросы, заключив договор с Хабенским, и покинула здание Ривьера, моё облегчение было огромным.

Я вышла на улицу и направилась к остановке, чтобы поехать к сестре в больницу, проведав её.