Идеальный мир для Лекаря 27

— А, это я могу, — граф взмахнул рукой, и… ничего не произошло.

— Господин, — нахмурился гвардеец. — Я готов начинать.

— Мы уже начали, — развел руками Булатов.

— Но я же ничего не почувствовал, — растерялся тот. — Обычно во время отравлений ощущения появляются практически сразу. Или вы сделали так, чтобы я не испытывал страданий?

— Не, страдать тебе все равно придется, — усмехнулся Михаил. — Такое бывает, особенно у больных бычьей чумой!

— Бычьей? Что? — растерялся боец. — Но ведь юный артефактор говорил, что его артефакт поможет только от отравлений, а не от болезней.

— Возбудитель бычьей чумы вырабатывает огромное количество ядов и токсинов, — похлопал его по плечу граф. — Так что удачи тебе! Будем надеяться на это юное дарование.

— Юное дарование, ты давай, не подведи! Лечи скорее! — согласился гвардеец. — Мне только сорок два года, я слишком молод, чтоб умирать!

— Сейчас-сейчас, — сразу засуетился Ларри и стал активировать свой артефакт. — Надо только закрепить его в штатное артефактное место, и останется только… Всё! Можете активировать!

В любом комплекте гвардейской брони всегда есть специальное место для размещения штатных артефактов.

Постепенно боец бледнел всё сильнее, по лбу его потекли потоки холодного пота, затем кожа его стала зеленеть. И когда симптомов набралось достаточно, он, наконец, решится активировать артефакт лечения от отравлений.

В тот же миг сверкнула яркая вспышка и мощнейший разряд энергии прокатился по телу бедолаги. Руки, ноги, спина, шея… Все мышцы свело в сильнейших судорогах и он завалился назад, устремив свой взгляд в небо.

Булатов с интересом посмотрел на это, Ларри всё это время не сводил взгляда с графа, а Вилли просто сидел и держался за сердце.

— Кхы-ы-ы… — сквозь стиснутые зубы вырвался сдавленный крик. Но вдруг тело гвардейца покрыло зеленоватым мягким свечением, правда, легче от этого бедолаге не стало. Он, как дымился, так и продолжил дымиться.

— Собственно, вот, — указал на бедолагу Ларри. — Лечится."

"Михаил посмотрел на лежащего и бьющегося в судорогах гвардейца, затем медленно перевел взгляд на Виллсона.