Идеальное совпадение

Безразличная к суете драконова химера грела на солнце каменные бока, а на ее морде нахохлились вездесущие воробьи.

Компания парней, перебрасываясь кожаным мячом, случайно залепила им в статую. Стайка птиц сорвалась с насиженного места и синхронно обернулась крошечными ящерками с перепончатыми шипастыми крыльями. Сделав круг над площадью, химеры превратились в воробьев и уселись обратно на нагретый камень.

– Вон он, – указала Юна в сторону скамеек.

Гаррет Ваэрд в белой рубашке с закатанными рукавами действительно принимал солнечные ванны! Закинув ногу на ногу, он с задумчивым видом почитывал какую-то книгу.

– Поверить не могу, он еще и читает! – покачала я головой.

В смысле, конечно, Гаррет умел читать, слава божественному слепцу, высшее образование получал, но парень с кольцом в брови, выбритыми висками и с повадками варвара на перемене читал книги? Если это окажутся стихи – клянусь! – моя жизнь перестанет быть прежней.

– Адель, постой! – Юна покосилась в окно, быстро облизала губы и с умоляющей интонацией попросила: – Давай я подожду тебя здесь.

Говорили, что зима в Норсенте скорая, часто в середине октября ложится снег. Но пока в воздухе не ощущалось тоскливого холода, в Шай-Эре пахнущего осенними высокогорными цветами и жареными тыквенными пирожками, которые повсеместно продавали на улицах. Вокруг еще царило лето.

Решительной походкой я пересекла двор и утвердилась напротив Ваэрда. Не поднимая головы, он перевел взгляд со страницы на мои ноги в узких брюках и, только закрыв книгу, холодно посмотрел в глаза.

– Я видела наши имена на турнирной доске.

– Выбрала место и время?

Не понимаю, как мужчина с таким теплым голосом и внимательными глазами может быть… Гарретом Ваэрдом? Просто вселенская несправедливость.

– Ты их написал?

– Полагаешь, мне больше нечем заняться?

Кто тебя знает? Может, вызвал девушку на поединок и раструбил на весь мир.

– Гаррет, я пришла заключить перемирие.

На этих словах он скрестил руки на груди, приняв настолько вальяжную позу, что захотелось дерзить, а не извиняться. Но поддаваться соблазну, заключая пакт о ненападении, было недальновидно.

– Мне искренне стыдно за брошенную тряпку. Поступок был по-детски глупым. И за случайно уроненный пиджак тоже неловко, – покаялась я.