Клуб шальных бабок

При этом она вполголоса разговаривала сама с собой, что прежде было для нее нехарактерно:

– Ушла, значит? Но я же проверила ее пульс! Пульса не было! Абсолютно точно не было! И ее глаза… у живого человека не может быть такого взгляда! Она была мертва, мертва! Но тогда… как же все это объяснить? Неужели у меня начались галлюцинации? Или он прав и все дело в выпивке? Это действительно был очень крепкий коктейль… хотя я ведь выпила его уже после…

Теперь она и правда чувствовала, как зимний сад плавно покачивается, как будто он находится не на четвертом этаже большого современного здания, а на верхней палубе океанского корабля… Огромные листья монстеры заостренной закачались, словно по ним пробежал ветерок, и в какой-то момент Надежде показалось, что по веткам монстеры проскакала обезьяна… Видимо, мартини с водкой начало действовать на ее неподготовленный организм!

– Надо освежиться! – проговорила Надежда сама себе и, слегка покачиваясь, направилась в дамскую комнату.

На этот раз она добралась туда без приключений.

К счастью, в туалете никого не было, никто не видел, как приличная, интеллигентная женщина средних лет плещет себе в лицо холодной водой, стараясь преодолеть пагубное воздействие спиртного.

Холодная вода себя оправдала, в голове у Надежды прояснилось.

Она сделала для себя два вывода: во-первых, сегодня больше не пить и, во-вторых, больше не посещать уединенные места вроде зимнего сада и держаться среди людей.

Окончательно протрезвев, Надежда Николаевна оглядела себя в большом зеркале и пришла в ужас: всю тщательно наложенную косметику она смыла, зато на щеках от холодной воды появились нездоровые красные пятна. К счастью, в сумочке у нее было все необходимое. Она поработала пудрой и помадой и привела свое лицо в более-менее приличный вид. Не то чтобы совсем приличный, но хоть встречные не будут пугаться.

Тут она вспомнила про свою злосчастную юбку.

Надежда опустила глаза.

Юбка действительно перекосилась, «молния» съехала набок, вид был совершенно неприличный. Неудивительно, что та кривоногая каракатица так на нее пялилась и чуть пальцем не показывала!

Надежда Николаевна вздохнула и постаралась восстановить авторскую асимметрию своего костюма.