Идеальный любовник

С тех пор как Адмиралтейство конфисковало наши корабли, матросы не получили ни пенни. С таким количеством мужчин мы можем напасть и вернуть наши корабли. Мы доплывем до Англси и используем остров в качестве своей базы. Оттуда до Замка Лжи всего несколько часов ходу. Мы будем все время наблюдать за ними и выберем момент, когда О'Тулы наиболее уязвимы.

— Наши матросы просто головорезы. Нам придется показать им денежки.

— Ты соберешь матросов, а я достану деньги. — Уильям преисполнился решимости привести этот замысел в исполнение, даже если для этого придется продать последний стул.

Эмбер приехала в собственной карете. Пара упряжных лошадей была отлично подобрана, а ливрея кучера выглядела достаточно элегантно даже для выезда герцогини. В карете высилась гора подарков для ее троих внуков, для Эмерелд и для Нэн, жены ее сына.

Когда Джонни вошел в комнату, гордо неся на руках сына, Эмбер расцеловала обоих и вдруг расплакалась.

— Не плачь, мама, сегодня счастливый день.

— Я так долго его ждала, — беспомощно прошептала она.

"Джонни передал малыша Нэн и обнял мать.

— Я знаю, что ты будешь самым лучшим отцом на свете. — Эмбер засмеялась сквозь слезы.

— Ничего подобного, — заявил Шон О'Тул, отталкивая локтем Джонни в сторону, чтобы показать Эмбер собственного сына. — Я самый лучший отец, только посмотрите на меня.

Слезы Эмбер моментально высохли, стоило ей взглянуть на эту парочку. У малыша были такие же черные как смоль волосы и большие круглые стальные глаза.

— Он же просто ваша копия!

— Да поможет Господь этому бесенку, — отозвался Шеймус из своего кресла, стоящего у огня.

— Вы не будете ничего пить, пока не поедите, — твердо объявила Тара. — Я помогу Мэри Мелоун приготовить подходящую случаю закуску.

— Ты мне больше нравилась, когда была сумасшедшей, — заметил Шеймус.

Посыпались шутки, и никто не остался в стороне. Шон объявил:

— А вот наконец и первая красавица нашей семьи.

— Эмерелд подумает, что ты говоришь о ней, — поддел Джонни.

— Она всегда была тщеславной маленькой ведьмой, — подмигнула Эмбер.

— Я учусь у моей мамочки, — не отстала Эмерелд.

— Красота моей дочери затмевает очарование ее матери, — объяснил Шон Эмбер.

Эмерелд встала рядом с матерью на колени, чтобы показать ей Кэтлин. Крохотные кудряшки вились вокруг личика сердечком, рот малютки напоминал бутон розы, а глаза казались настоящими изумрудами.