Идеальная мать

Она пробежала мимо лифта и спустилась по лестнице. Снаружи не было такси, и она так быстро, как только могла, побежала по парку и спустилась в метро. У платформы стоял поезд. Она проскользнула через турникет и успела вставить руку между закрывающимися дверьми. Ей зажало локоть. Двери разошлись на несколько сантиметров, она успела раздвинуть их обеими руками достаточно широко, чтобы прошмыгнуть внутрь вагона и сесть на последнее свободное место. От женщины рядом с ней пахло лаком для волос. Колетт поймала на себе взгляд пожилой женщины, у ног которой стояло множество оранжевых пластиковых пакетов с покупками.

— Обязательно надо было всех задерживать.

Колетт отвела взгляд. У нее болел локоть."

"Напротив нее сидел мужчина в наушниках, оттуда раздавался громкий рэп. Она прижала пальцы к ушам и пыталась придумать, как объяснить все это Чарли. Он не знал, насколько все было плохо с книгой, с каким трудом ей это давалось. Что он скажет? Колетт открыла глаза и увидела, что мужчина напротив читает «Нью-Йорк пост», на первой полосе была фотография Нэлл из «Веселой ламы».

Вагон заполнился скрежетанием тормозов, внезапно заплакал ребенок. Поезд резко остановился, женщина рядом с Колетт ухватилась за ее бедро, а пожилой мужчина, стоявший у дверей, упал.

— Извините, — сказала ее соседка и убрала руку.

Молодая пара помогла мужчине подняться, люди оторвались от телефонов и стали всматриваться друг другу в лица. В вагоне повисла недоуменная тишина.

— На путях необходимо присутствие полиции. Как слышно? Просьба полицейским немедленно подойти на пути, нижний уровень около платформы F. Человек на рельсах. — Голос на секунду прервался — Он к чему-то привязан.

Тут выключилось электричество: затих шум кондиционера, вырубился свет, воцарилось зловещее молчание. Колетт уловила суету вокруг себя и, как и все, снова посмотрела в телефон, зная, что связи не будет.

Мне нужно домой, к Поппи.

Двери в конце вагона раздвинулись.

— А чего вы ждали? — сказал парень в джинсовых шортах и тонкой белой майке, из-под которой виднелись жилистые, мускулистые руки. Он быстро прошел к дверям в другом конце вагона, протискиваясь между людьми, которые стояли в проходе. — Если у нас в стране президент — настоящий говнюк, вполне можно было ожидать террориста-смертника.

От страха у нее сильно забилось сердце.