Идеальная Эльза

Несколько раз с ним проделывала такое и Адель, но всегда преподносила это как высшую награду за хорошее поведение. Эльза же выглядела так, будто делает то, чего остро хочет сама.

Вслепую она нашла своими ладонями его ладони, переплела пальцы, стискивая их едва не до боли. Обхватила губами член Кристиана, пропустила его в себя, и быстрый язык запорхал по набухшим венам.

Кристиан, не отрываясь, смотрел в ее потемневшие и дикие глаза, ощущая дрожь в коленях и позвоночнике. Уши заложило, а в горле пересохло.

И он превращался в пену морскую, бессильный перед неистовством Эльзы.

Упав перед ней на колени, Кристиан долго целовал Эльзу, но когда его руки уже снимали с нее жакет, она вдруг хрипло засмеялась и потянула его за волосы, отрывая от себя.

– В мансарду, – шепнула Эльза, – немедленно. Пока я не отдалась вам прямо здесь, как портовая девка.

В экипаже, нежно обнимая ее, Кристиан все же спросил:

– Но что изменилось со вчерашнего дня?

– Оказалось, что я готова отказаться от тебя, когда тебя нет рядом. Но стоило тебе появиться, как от моей решимости мало что осталось. Это просто сильнее меня.

– Ты же знаешь, что всегда можешь послать за мной? – спросил Кристиан, выцеловывая ее ладони. – Моя жена знает, что я люблю тебя, моя дочь об этом знает. И даже мой камердинер. Боюсь, что тайного романа у нас не получилось.

– Не боишься, что я начну требовать тебя себе каждую ночь? – спросила Эльза, ласкаясь об него, как кошка.

Эта была другая – ночная – Эльза, сбросившая с себя хладнокровие, как лягушачью шкурку.

И Кристиан наслаждался ею – такой откровенной и желанной.

– С тобой я ничего не боюсь, – честно признался он.

Глава 36

Растянувшись поперек кровати, абсолютно обнаженная Эльза хохотала так громко, что Кристиан испугался, как бы сюда не прибежали Хауслер и Аккерман.

Потому что хохочущая в голос Эльза Лоттар – это было редкое и достойное внимания зрелище.

По крайней мере, сам Кристиан не мог отвести взгляда от ее подрагивающих живота и груди, от линии бедер и длинных ног.

Голова Эльзы свешивалась вниз, и черные волосы падали на пол. Открытая шея казалась еще длиннее обычного.

– Господи, Кристиан, – простонала она. – Ганс – сын какого-то заграничного графа? Да как тебе только в голову такое пришло!

И она захохотала снова.