Ideal жертвы

Вариант искать защиты у кирсановских бандитов я тоже в уме держала – тем более что мой давнишний ухажер Колян теперь играл среди них видную роль.

– Бандюкам нашим «Ариадна» тоже не по зубам, – покачал головой Пугачев. – Санаторские охранники сами без всякой крыши их скушают и косточек не оставят.

– Ну, так что же мне все-таки делать, Меля?! – воскликнула я, назвав любовника игривым именем, которое произносила только в моменты нашей самой интимной близости. Я в мольбе простерла к нему руки – но предательская простыня, в которую я была закутана, съехала с плеч и обнажила грудь.

При виде ню глаза Емельяна замаслились, и он хриплым голосом сказал:

– Иди ко мне.

– Нет, ты сначала скажи, – я запахнула простыню и отодвинулась от него как можно дальше, даже уселась на подоконник, – что в санатории происходит? И что делать мне?

– Что тебе делать? Не знаю, – удрученно покачал головой Пугачев. – Но обещаю: я подумаю. И, может, чем-то сумею помочь... А вот насчет того, что там происходит... Слышал я всякие сплетни.

– Ну, и? – поторопила я Емельяна.

– Для чего санаторий существует официально? Чтобы разные богатые дамочки из столиц вес там сбрасывали. Так вот, я думаю: может, на них разные не опробованные методики похудания испытывают? Какие-нибудь новейшие и непроверенные таблетки, допустим. А тетки таблеток не выдерживают и потому помирают. Во всяком случае, то, в чем обвиняют тебя и этого тренера по плаванию, как его там.

– Степана, – подсказала я.

– ...Да, Степана... Что вы клиенток своими упражнениями загоняли до смерти – полная чепуха. Ведь ты же сама рассказываешь, что толстушке ты и давление мерила, и нагрузки давала щадящие... Не могла она от одной физической активности помереть. Это я тебе как тренер с двадцатилетним стажем официально заявляю. Поэтому и тебя, и Степана просто подставили.

– А зачем?

– Как – «зачем»?! Затем, чтоб власть над вами получить. Поработить вас.