Ideal жертвы

Но как там учила меня Ангелина? Мужика надо держать в тонусе?

Я кокетливо улыбнулась:

– Знаю.

– Ты красива всегда. Сейчас, в джинсах. На тренировке, в спортивной форме. Дома, в том коротком халатике... – Его голос слегка охрип.

Я же, памятуя поучения свахи, лукаво продолжила:

– А еще в купальнике. Где-нибудь на Карибах. И в вечернем платье – в дорогом ресторане. И за рулем спортивного «БМВ», знаешь ли, тоже неплохо смотрюсь.

Он шагнул ко мне. Положил руки на плечи. Притянул к себе. Да плевать мне на самом деле на «БМВ»! Все врет Ангелина.

Однако целовались мы, кажется, лишь пару секунд. Потом Костя, не глядя на меня, произнес:

– Лиля. Я хотел тебя предупредить. Ты иногда ведешь себя, м-мм... несколько вызывающе. Как сегодня, в столовой. А тебе надо быть очень, очень осторожной.

И взглянул на меня чуть ли не с мольбой.

Я, распаленная его горячими губами, только кивнула.

Я усмехнулась:

– Осторожной, Костя, мне надо было быть раньше.

Он опустил голову:

– Лиля, прости. Я сам себя последними словами кляну.

Меня по-прежнему одолевала сладкая ломота, все тело, каждая клеточка, рвалась к Константину – и он наконец почувствовал это. Сделал шаг ко мне. Положил руки на плечи. Сжал в объятиях. Пробормотал:

– А, плевать, Лиля! Плевать на все!

И нежно, бережно поцеловал меня в губы.

Я почувствовала: он хочет меня, здесь и сейчас, всю до самого до донышка.

Я подалась навстречу его объятиям. Костина рука скользнула мне под блузку, коснулась соска...

Я просто потеряла голову – и потянула его на траву.

...В моей жизни было не так много мужчин, но Костя оказался самым сладким из них, самым восхитительным, самым сильным. Он поработил меня, поглотил, измучил – и вознес. Время остановилось. Я умирала, воскресала, смеялась и плакала.

...