Ideal жертвы

Ни единой эмоции не отразилось на его налитом кровью лице. Лишь буркнул:

– Ты на жалость не дави. Сядь. Не маячь.

«Да, Лилия Леонидовна, – пронеслось в голове, – похоже, ты пропала».

Я покорно опустилась на разлапистый, в позолоте стул и упрямо произнесла:

– Только я все равно ни в чем не виновата.

И с изумлением услышала, как он буркнул:

– А кто тебя в чем винит?

– Как?.. – пролепетала я. – Но это ведь я... это у меня на тренировке... ваша жена скончалась...

– Ну, и что с того? – буркнул Димусик. – Ты-то здесь каким боком?

– А раз никаким, зачем тогда вы меня сюда привезли? – захлопала я глазами.

– Дело у меня до тебя.

Я просто ушам своим не верила. Машинально переспросила:

– Де-ло?

Он вдруг расхохотался:

– А ты что, решила, что я мочить тебя собрался? За Ленку?! Ну, ты даешь!

В этот момент его круглое лицо с приплюснутым носом и плотно прижатыми к голове ушами показалось мне самым прекрасным на свете.

Димусик же небрежно сказал:

– Пургу, что Ленка, типа, спортом перезанималась, мне тоже гнать пытались.

Карлик седой ваш, директор, соловьем разливался: она у меня вроде неподготовленная была, а инструктор ей сразу ударную нагрузку, вот сердце и отказало. Полная чухня. Это моя Ленка-то неподготовленная?! Да она по дому всегда, как метеор, носилась. А то, что толстая – кому когда это мешало?

Уголки его губ печально обвисли, и Димусик тихо закончил:

– И чего я, дурак, ее в санаторий погнал?

Я уже обрела присутствие духа и теперь еле сдерживалась, чтоб не заплясать от счастья.

Меня ни в чем не обвиняют! Мне ничего не грозит! Но все-таки непонятно, зачем я ему понадобилась. Я осторожно спросила:

– Дмитрий Миронович... Какое у вас ко мне дело?

И в полном недоумении услышала:

– Тебе бабки нужны?

Опять он меня поставил в тупик.

– В смысле? – промямлила я.

– Ну, бабло. Доллары, еврики, тугрики!

– Все равно не понимаю.

– Щаз поймешь. Я хочу, чтоб ты мне помогла Ленкиных убийц найти.

– Я? А как я могу их найти? – опешила я.

– Короче, слушай, что я думаю, Лиля.

 – Он тяжело поднялся, протопал по гостиной, вернулся в кресло. – Ленкину смерть я прощать не намерен. Но менты все на несчастный случай списали и чухаться больше не собираются. Значит, что мне остается, чтобы найти реально виноватого? Верно. Взять частного детектива. Но только ваш санаторий охраняют круче, чем любую крепость. И народ у вас там работает запуганный, ни с кем толком не перетрешь. Можно сутками головой об стенку биться и ничего не узнаешь.