Ярар X. Война. Том II

Если они не стали сильнее, то против них выступили два магистра и один младший.

— А ведь с ними ещё и Макаров, — услышала она чей-то шепот.

— Против двоих у Меньшикова не будет шанса!

— Госпожа, — более уважительно обратился незнакомый дворянин. — Что нам передать светлейшему князю?

— Мы не хотим крови, — ответила она. — С нами Наталия, она носит под сердцем будущего наследника престола. Если он хочет воспрепятствовать законному праву, то… — развела она руками."

"Когда всадники уехали, она дождалась Макарова и Румянцева, после чего пошла в лагерь Рюриковича.

* * *

Роман, не перебивая, внимательно слушал, что говорят его люди. И в самом конце он вспылил.

— В каком смысле она архимагистр??! — воскликнул Роман, выслушав доклад воинов, что должны были привести леди Тьер.

— Я видел это собственными глазами… — начал оправдываться воин.

— Виктор! — повернулся он к Меньшикову. — Ты справишься с Макаровым и с ней?

— Роман, я не собираюсь начинать новую гражданскую войну. Если Эмери Де Тьер не врет, по закону ребенок Наталии имеет больше прав на престол, чем ты.

— Ты понимаешь, что это измена?

— Понимаю, — твёрдым голосом произнёс Меньшиков. — И если ты отдашь приказ напасть, я буду вынужден поступить с тобой, как велит долг. Я ещё раз повторяю, я не стану поддерживать бунтовщика.

— Кто тут у нас бунтовщик? — старческим голосом произнёс Макаров. Он успел многое услышать из разговора людей, что находились в этом шатре. Следом за ним вошли князь Румянцев и леди Тьер. — Роман, я думал это почётный караул, или я что-то неправильно понял?

— Я хочу доказательств беременности Наталии.

— Увы, — первым заговорил Василий, — я лично убедился, что принцесса беременна. Она ждёт мальчика и девочку.

— Василий, я думал мы с тобой договорились, — прошипел Роман.

— Тогда я ещё не знал о беременности. Однако я прекрасно вижу, что бы ждало мою внучку, последуй я за тобой.

Роман усмехнулся.

— Наталия Рюрикович! В любом случае я стану регентом её сына.

— Не станешь, — сказал я, заводя под руку принцессу.

— И кто же мне помешает? — с гневом спросил он.

Первым ответил Макаров.

— Я.

Следом за ним повторила Эмери, потом Румянцев, но больше всего меня удивило, что в нашу защиту высказался Меньшиков.

— Я тоже буду против. И думаю князь Ефимов и граф Суворов согласятся со мной.