Ядовитая, или Хозяйка Черной Пустоши

Не скорою мы были близки, сопротивляться ей первое время я не мог. Я даже собирался расстаться с женой, но потом Анодея показала свое истинное лицо, беспринципной злой жестокой суки. Я знал, что если позволю нам стать ближе, соглашусь на свадебный ритуал, то потеряю себя. Я мог сопротивляться ей. Я боролся тягой к ней и решил держаться от нее подальше.

‒ За это она тебя отправила в ссылку?

‒ Нет, она отравила мою жену, думала мне ничего не останется как быть только с ней, но ее отец решил по-другому. Он воспользовался своей властью и в отравлении жены обвинили меня.

‒ Тебя пытали? ‒ Я дотронулась до кожи Амаранта, все шрамы гармонично скрывали татуировки, но на ощупь они чувствовались.

‒ Не те, на кого ты думаешь? ‒ Амарант усмехнулся, ‒ у моей жены много братьев, они поймали меня уже тут в пустоши и мстили, наказывая за гибель сестры. В какой-то мере я виноват, что она погибла, если бы я не отказывал Анодее, то моя жена была бы жива, а Ари не осталась без матери.

‒ У тебя красивая дочь, ‒ сказала я, стараясь осмыслить то, что сейчас узнала.

‒ Она похожа на свою мать, ‒ Амарант, стал одеваться и делить наши вещи. Я покраснела, потому что не могла отвести от него взгляда, он прекрасно сложен. Смуглая кожа в татуировках, под которой выделялись мышцы накаченного тела. Широкие плечи, длинные ноги, узкий таз, исцарапанная спина, я даже не помню, как его царапала…

‒ Но несмотря ни на что ты согласился стать ее мужем сейчас, ‒ я потрясла головой, чтобы отвлечься от притягательного тела.

‒ Это было условием, по которому я могу оставить этот город и земли своей дочери. Но я не собирался с ней жить, ты уже слышала, я собирался ее убить.

‒ Не смею тебя в этом упрекнуть, ‒ пожала плечами, кивнула, когда он подал мне ворох моих вещей, покраснела под пристальным взглядом, ‒ Отвернись. ‒ Амарант хмыкнул, но послушно отвернулся.

‒ Я все же могу быть настоящей Анодеей, ты не думаешь? Может быть, я по-настоящему потеряла память, стала новым человеком.

‒ А запах? С каждым днем он меняется все больше.

‒ И все же я Анодея, кстати, как посмотрят на все это твои ближники, если ты подпустишь своего врага близко, у меня плохая репутация.

‒ Мне все равно, как они на это посмотрят, ‒ Амарант дождался, когда я оденусь, прижал меня к себе, вдыхая запах волос, прошептал мне в ухо, ‒ Я хочу быть тебе мужем Дея, или как там тебя зовут по-настоящему, а мои ближники не имеют власти над моими поступками.

‒ Не как-то, а Анодея, ‒ упрямо сказала я.